Рейтинг публикаций
Лучшие комментарии дня
Календарь новостей
«    Декабрь 2022    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 
Лучшие комментарии недели
Лучшие комментарии месяца
Обсуждаемое за неделю
Обсуждаемое за месяц
Последние публикации
Бадранов воюет с дивана, ...

Чиновник из Башкирии Азат Бадранов дал интервью телеканалу из зоны СВО, ...
  30.11.2022   15511    2

АУЕ-Уголовник решил ...

Основатель ЧВК «Вагнер» Пригожин обратился к владельцам крупных предприятий в ...
  30.11.2022   37734    1

Путинизм. 20 лет. Итоги ...

Президент России Владимир Путин сообщил матери, сын которой погиб в СВО на ...
  27.11.2022   31915    12

«Уфимский Журнал» ...

Военная цензура в России быстро перешла в новую фазу. От угрозы блокировки и ...
  20.10.2022   13853    402

Желаем отправиться к ...

Лидера ЛДПР Владимира Жириновского госпитализировали в Центральную клиническую ...
  10.02.2022   22406    53

Из этой страны лучше ...

Сотрудник представительства Башкирии попросил убежища в Великобритании после ...
  9.02.2022   19921    29

Как власти Башкирии ...

В Башкортостане активисты профсоюза "Действие" обратились в прокуратуру после ...
  8.02.2022   13673    18

А не подавятся ли ...

Башкирский национальный политический центр разработал "проект государственного ...
  7.02.2022   15228    50

История Лилии Чанышевой ...

Экс-координатор Штаба Навального в Уфе (Штабы Навального признаны российскими ...
  4.02.2022   19634    108

Фашист из ФСИН Башкирии ...

В Башкортостане бывший сотрудник ФСИН на камеру угрожал коллегам секс-насилием. ...
  3.02.2022   11776    42

Читаемое за месяц
Архив публикаций
Ноябрь 2022 (3)
Октябрь 2022 (1)
Февраль 2022 (8)
Январь 2022 (19)
Декабрь 2021 (24)
Ноябрь 2021 (30)

Новая книга Дмитрия Гордона «Души отдушина»

3



Леонид БРОНЕВОЙ: «Я, чье детство испоганено, чье место рождения — прекраснейший Киев — отравлено и намертво с воспоминаниями о том связано, как разбросали нашу семью по всему Союзу (отец на Колыме лес валил, мать по городам и весям скиталась, я по миру пошел голоштанником), всегда говорил и говорить буду: не смейте, не смейте тосковать по аду — помнить нужно добро, а не зло!»

Новая книга Дмитрия Гордона «Души отдушина»


Вышла в свет новая книга Дмитрия Гордона «Души отдушина», одно из предисловий к которой написал культовый российский актер театра и кино

От общения с Дмитрием Гордоном у меня наилучшие впечатления остались — при том, что никогда прессу не жаловал. Особенно после того, как газета «Радянська Україна» статью журналистки (да­же фамилию ее не хочу называть) когда-то обо мне напечатала, утверждавшей, что я вовсе не жил в Киеве, не учился в музыкальной десятилетке играть на скрипке, что никто здесь жизнь нашей семьи не разбивал, не арестовывал отца, не отправлял нас с мамой в ссылку... Ну вот что она за человек, а? Зачем это сделала? Это не просто удар был под дых — от него до сих пор не оправился, и на следующий после выхода той, с позволения сказать, статьи день пошел свою музыкальную школу искать — слава Богу, в войну она выстояла. Педагога встретил, который меня, шестилетнего ребенка, прослушивал, — он меня вспомнил, в класс пригласил, парту мою показал, познакомил с учениками...

Нет, говорят, худа без добра — если бы не тот злой журналистский бред, непонятно, ради чего написанный (скорее всего, по партийной указке), может, и не всплыли бы у меня в памяти счастливые моменты детства: как, например, во втором классе концерт Вивальди ля-минор учил, как скрипку в руках держал, к которой больше потом не прикасался... Кто его знает? — но обида на человека, выставившего меня лжецом, жива до сих пор, хотя вместе с ней пришло понимание: чтобы какую-нибудь гадость о тебе состряпать, от которой потом трудно отмыться, журналисту даже видеть тебя воочию, разговаривать с тобой не обязательно...

Дима абсолютно другой, он показывает собеседника таким, каков он есть, — не лучше и не хуже. Сидит напротив, пристально смотрит на тебя своими умными, чуть хитроватыми глазами — и вытягивает, вытаскивает, словно гипнотизер, наружу все, что у тебя внутри, и тут уж нечего на зеркало пенять, коли рожа крива! Прикидываться, играть и рисоваться можно сколько угодно — перебивать и гневно обличать Гордон не станет, но тот, кто посмотрит его программу или прочтет книгу, каков ты на самом деле, поймет. Дмитрий свое мнение зрителям и читателям не навязывает и какие-то выводы за них не делает — рано или поздно, получив информацию к размышлению, они сделают их сами. Или повод получат, чтобы на того, кто это интервью давал, ни в театре, ни в кино, ни даже при встрече на улице больше не смотреть.

Я знаю: у Димы таких бесед, как со мной, было много — наверное, он уже и сам сбился со счету, сколько. Находясь на лечении в Киевском центре сердца, некоторые программы его я посмотрел, потому что единственным моим развлечением телевидение было — украинское, которое так же, как и российское, терпеть трудно, почти невыносимо. Все эти шоу, песни, пляски, политические споры... — зачем, для чего? Из программы Гордона хоть человека какого-то яркого узнаешь, а у шоу какая цель — одурачивать?

Запомнилось интервью Димы с Эрнстом Неизвестным — за их разговором я как бы со стороны наблюдал и думал: «Вот он, конфликт поколений, налицо. Молодой, здоровый, красивый и состоявшийся буквально забивает, забрасывает вопросами художника, который прожил жизнь, причем самую лучшую ее часть, в то время, которое было ужасно». Эрнст зажатый сидел, будто чего-то боялся. Вездесущего КГБ в очередной редакции? Или, может, ЦРУ? Либо же это просто привычка такая, советская, — бояться, даже когда некого? Не знаю, но понять его, принадлежа к тому, старому, поколению, могу: единственное, что в голове не укладывается, — почему за памятник Хрущеву он все-таки взялся — после всех унижений, которые от него испытал? Я ни за что бы не согласился, и вряд ли удалось бы меня заставить.

Что подумают люди, которые будут смотреть или читать интервью со мной, предсказать не могу. Наверное, что характер у меня скверный, что я жесткий, резкий, угрюмый, но ведь действительно я такой. Слишком горький, и потому те, кто пытались съесть, всякий раз выплевывали. Чересчур придирчивый, требовательный — и к окружающим, и к самому себе. Ну, это в лучшем случае такие мысли в головы им придут — могут ведь вообще ни о чем не задуматься, да и не поверить: я же видел, как удивлялся Дмитрий, когда рассказывал ему о том, что пережил.

И было чему удивляться: все, что в Советском Союзе происходило, даже в самых страшных не описано сказках — это жуткий, абсурдный, затянувшийся на 70 лет фильм ужасов: настолько тяжелый, что мы до сих пор от просмотра его не отошли и ни к какой другой картинке привыкнуть не можем. Вы только внимание обратите: сколько о зверствах в сталинских лагерях известно, о баржах, которые вместе с инакомыслящими затапливали, о расстрелах прямо на рабочих местах, о миллионах сирот — детей врагов народа, а поди ж ты, находятся те, кто Волгоград вновь хотят Сталинградом назвать или на митинги компартии выходят, которую Ельцин лишь потому, что водка помешала, не запретил, и кричат: «Ста-лин! Ста-лин!». Дураки, вы хоть знаете, что кричите? Я страшную вещь скажу: даже Гитлер и то лучше Сталина! Да-да, и хотя Гитлера я ненавижу, уважаю на полграмма больше, потому что он хотя бы своих, немцев, почти не трогал, а этот косил всех подряд: и осетин, и грузин, и русских, и украинцев... Как чувствовал, что спустя десятилетия отыщется такой, как Зюганов, способный многомиллионному народу доказывать, что Сталин дороже и ценнее Пушкина, потому что сделал больше...

Я ведь почему у Гордона снялся? Понятно, что не ради лишней возможности по телевизору быть показанным: меня и так в «Семнадцати мгновениях» — и цветных, и настоящих — столько крутят, что зрители скоро в экран плеваться начнут. Я хотел быть услышанным! О том, как система, которую мы до сих пор воспеваем и восхваляем, травила людей (в лучшем случае — убивала, в худшем — убивать заставляла других), не просто напоминать нужно — необходимо! Чтобы не было к ней возврата, чтобы даже мысли такой ни в одной голове не возникало, что там, в том времени, хорошо было! — ну что хорошего может быть, когда полстраны сидит, а полстраны сажает?

Те, кто сажал, кстати, еще живы — это те, кто сидел, почти вымерли, а я, чье детство испоганено было, чье место рождения — прекраснейший Киев — отравлено и намертво с воспоминаниями о том связано, как разбросали нашу семью по всему Союзу (отец на Колыме лес валил, мать по городам и весям скиталась, я по миру пошел голоштанником), всегда говорил и говорить буду: не смейте, не смейте тосковать по аду — помнить нужно добро, а не зло!

Все наши беды, между прочим, от того, что добра мы не помним. Например, что получили за эту Победу те, кто воевал, кому они в результате нужны? Лет семь или 10 назад по телевизору сюжеты, снятые в России и Германии, показали: лежит старый наш фронтовик, без ног, в каком-то углу закопченном, рядом страшные, уродливые протезы валяются (кто только их сделал?), и потом — Мюнхен, уютный домик, клумбы с цветами, дорожки песочные... По одной из них к своему «мерседесу» старичок бодро шагает — бывший солдат вермахта: в жизни не скажешь, что обеих ног у него нет! Так кто победил, спрашивается, мы или они? Или наш товарищ Сталин и все последующие товарищи и господа, которым абсолютно наплевать на то, что кто-то здоровье на войне потерял, чтобы они разъезжали сейчас в дорогих машинах и часы за сотни тысяч долларов себе выбирали?

Нас, оборванцев, голодных, вшивых, сирых и убогих, в военные годы в республиках Средней Азии приютили. Узбеки, казахи, таджики пускали эвакуированных под крыши своих домов, последней лепешкой с ними делились, а теперь в Москве их детей и внуков за людей не считают, да и в Киеве, я уверен, едва завидев, брезгливо фыркают и этим унизительным словом «гастарбайтеры» обзывают. А почему бы русским — я спрашиваю — с «гастарбайтерами» за помощь эвакуированным не рассчитаться, компенсацию не выплатить — из нефтяных денег? Неужели они на нас тогда не потратились, или кто-то считает, что подметать улицы и штукатурить стены — единственное, на что «гастарбайтеры» эти годятся? Если так, то мы, победители, ничуть не лучше нацистов, деливших нации на высшие и низшие, — достойные дети отца народов, как ни крути...

Раздавать советы, как жить, права я не имею — в конце концов, и сам этого не знаю. Любой и каждый может упрекнуть меня в том, что получал в СССР премии, награды и звания, что отец мой одним из самых жестоких следователей киевского ОГПУ был, садистски людей допрашивал, деньги и показания выбивал... Ни пройденный путь, ни свою биографию я изменить не могу, но убежден, что в прошлое воз­вращаться нельзя, и ни один орден, ни одно в мире благо одной-единственной слезинки обиженного тобой человека не стоит.

Я благодарен Дмитрию Гордону за то, что высказался, и за то, что меня он услышал, а если услышали и поняли остальные, значит, все было не зря — наша встреча, беседа, да и сама жизнь...

Новую книгу Дмитрия Гордона «Без утайки» с автографом автора вы можете приобрести по почте.

Бульвар Гордона
Оригинал публикации








Связанные темы и персоны