Рейтинг публикаций пользователей
Лучшие комментарии дня
Календарь новостей
«    Декабрь 2016    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 
Лучшие комментарии недели
Лучшие комментарии месяца
Обсуждаемое за неделю
Обсуждаемое за месяц
Последние публикации
Стыд и позор: Башкирские ...

Такого стыда за республику я давно не испытывала. Но Едросы, представляющие в ...
  2.12.2016   5038   39

Хамитов: Башкирия не ...

Глава РБ Рустэм Хамитов сообщил «Интерфаксу», что Башкирия не воспользуется ...
  2.12.2016   943   29

Уфимская мэрия ...

Сразу два крупных провала образовалось на уфимских улицах. Фотографию первого ...
  2.12.2016   692   28

Достоин уважения: ...

Роскомнадзор подал на компанию в суд, однако проиг-paл из-за недоказанности ...
  2.12.2016   670   10

Устал, но только вперед ...

Президент РФ Владимир Путин 1 декабря обратился к Федеральному собранию с ...
  2.12.2016   1136   27

Путин отчитался об ...

Владимир Путин обратился с ежегодным посланием к Федеральному собранию и, как ...
  2.12.2016   980   44

У запутинского ...

«Он действительно русский царь, помазанник». Хирург сравнил послание Путина с ...
  2.12.2016   580   14

Поиски корней предков ...

Летом 2016 года без лишнего шума была устроена защита диc-cepтации известного ...
  1.12.2016   3063   209

Хамитов резко высказался ...

Главе Башкирии рассказали о бездействии муниципальных властей, несколько лет ...
  1.12.2016   2428   21

Украина. Трехлетию ...

Это все наша реакция на их ассоциацию с Евросоюзом. А что ассоциация, ничего ...
  1.12.2016   1087   28

Темы и персоны
Архив публикаций
Декабрь 2016 (12)
Ноябрь 2016 (164)
Октябрь 2016 (183)
Сентябрь 2016 (173)
Август 2016 (153)
Июль 2016 (156)
Читаемое за неделю
Читаемое за месяц

Обратимся к несомненному авторитету башкирской исторической науки Юлдашбаеву Б.Х.

  • Опубликовано: Ирек | 07.05.2015
    Раздел: Общество | Просмотры: 3374 | Комментарии: 142
8


Как я уже писал, на сайте «Уфимский Журнал» один «академик», и по совместительству клоун озвучил следующие слова: «Сколько можно объяснять вам. Татары образовались после того, как пришли сюда ТАТы в качестве воинов монгол, для воспроизводства им монгoлы разрешили создавать семью, так же как, например неграм в Штатах.

Обратимся к несомненному авторитету башкирской исторической науки Юлдашбаеву Б.Х.


Так зародился молодой этнос ТАТары, язык взяли от башкир (Выделено мной – И.Г.). Так получились казанские, астpaxанские, сибирские, различающиеся ровно на столько, на сколько различаются диалекты западных, южных и сибирских башкир».

«Задумался» было, я над этим, т.е. не над всей этой озвученной галиматьёй, а о башкирском языке, который, по утверждению этого клоуна, татары переняли от башкир, и решил обратиться по этому вопросу к авторитетам башкирских гуманитарных наук. И я уже приводил к этому тексту, о том, что писали, и пишут ноне мэтры башкирской исторической и филологической наук о башкирском языке из книги: «Янгузин Р. ., Хисамитдинова Ф. Г. Коренные народы России. Башкиры. — Уфа: Китай, 2007. — 352 с.».

Понятное дело, что мной представленный текст, несколько шире, чем только разговор собственно за язык, так поступим и далее, и обратимся к книге несомненного авторитета башкирской исторической науки Юлдашбаева Б.Х.: «ИСТОРИЯ ФОРМИРОВАНИЯ БАШКИРСКОЙ НАЦИИ (дооктябрьский период). – Уфа: БКИ, 197.». Как и в прошлый раз, в случае с представлением частей текста филолога Хисамитдиновой Ф.Г., вновь, как бы «почитаем вслух» и выдержки из упомянутой книги Юлдашбаева Б.Х. Материал книги обширный, мы же остановимся более только на вопросах соотношения в башкирской культуре, литературе, и письменности собственно башкирского, ну, и татарского тоже. Понятное дело, это справедливо, скажем так, и в обратном взгляде, но здесь и сейчас не об этом. Тем более что и по первому я прибегаю за означенное лишь к воззрениям на это Билала Хамитовича Юлдашбаева.

Я не стану ничего подчёркивать, выделять в представляемых выдержках из текста автора, и ограничусь ми-нимальными комментариями, и то, если только вдруг.

Итак:

«Национальная литература», как таковая, должна отвечать трем требованиям: во-первых, отражать преимущественно жизнь нации, литературой которой она считается; во-вторых, обогащать и составлять часть национальной культуры данного народа, служить повышению его национального самосознания; в-третьих, должна быть выполнена на литературном языке, доступном для основной читательской массы данной нации. Г. Амантаев, одним из первых занявшийся проблемой дореволюционного литературного наследия башкирской нации и признававший громадное богатство этого наследия, созданного отнюдь не на собственно башкирском языке, противоречит себе, когда он категорически заявляет: чтобы-де считаться литературой той или иной нации, она должна быть написана на языке, который читательская масса этой нации признала своим родным языком. Мысль вообще-то правильная, но нельзя ее применять шаблонно и прямолинейно. Следует учитывать, что разные народы проходят разные пути формирования своей профессионально-письменной культуры. Во всяком случае применительно к башкирам в отношении их письменно –литературного языка как необходимого условия национальной литературы приходится ограничиваться приведенной нами формулировкой и ставить вопрос приблизительно так: была ли у них до революции письменная литература доступная им по языку исполнения и национальная как по истокам своим, так и по отражаемым в ней идеям?

В своей статье «Возникновение и развитие башкирской литературы (народная литература и письменная литература)» (1927 г.) С. Мрясов писал: «Собственно башкирская и специфическая для них (письменная в полном смысле слова литература у башкир появилась только после Великой Октябрьской революции. Хотя и до этого существовала созданная башкирами на джагатайском и татарском языках письменная литература, она однако, не имела никакого отношения к жизни и быту башкир. Всякая литература, созданная башкирами в прошлом—до XX в., была религиозной литературой». В разделе «Литературное движение среди башкир до Октября» учебника по башкирской литературе (1934 г.) Г. Амантаев, охарактеризовав требуемые условия существования национальной литературы, пишет: «Если в этой принципиальной постановке обратить внимание на башкирскую литературу, то мы увидим, что лишь после революции 1905 г. она пришла в состояние, отвечающее этим требованиям. Хотя и раньше были писатели, вышедшие из среды башкир и башкиры по национальности, как-то: Гали Сокрый, Шамсутдин Суфи, Ибатулла-ишан, Тажетдин Ялсыгулов и др.,— но их мы не можем признать башкирскими писателями. Почему? Потому что их произведения не направлены к пробуждению башкирского народа, к развитию башкирской культуры».

Если учесть все оттенки в суждениях и толкованиях названных авторов 20—30-х годов, то окажется, что ими двояко решается поставленный выше вопрос относительно башкирской национальной литературы в условиях до Октябрьской революции: 1) что ее вообще еще не было тогда, 2) что она все-таки уже возникла, хотя и «лишь после революции 1905 г.» Сторонники обеих точек зрения сходятся в оценке литературы, созданной в Башкирии до начала XX в.,—как литературы, совершенно не отражавшей жизни собственно башкир, проникнутой общемусульманскими идеями. Более близкой к истине, на наш взгляд, является точка зрения, признающая возникновение башкирской национальной литературы еще до Октябрьской революции и исходящая из того, что письменная литература, имевшая место у башкир или среди них в прошлые века, представляла собой зачатки собственно башкирской национальной литературы.

Последняя появилась и развивалась до Октябрьской революции довольно своеобразно—в общем потоке татарской литературы Приуралья и в значительной мере — силами татарской интеллигенции. Немалую роль в формировании башкирской национальной литературы сыграл, например, Мажит Гафури. Жизнь Башкирии и ее коренной национальности художественно отображали также Афзал Тагиров, Сайфи Кудаш и некоторые другие литераторы татарской национальности. На территории Приуралья расположены Уфа и Оренбург, которые к началу XX в. выросли в крупные очаги татарской литературы; они уступали в этом отношении, возможно, только Казани, а в отдельные полосы даже сами оказывали серьезное влияние на духовную жизнь казанских татар. Башкирия вырастила немало татарских писателей, а также просветителей. Дополнительно к уже перечисленным назовем еще Дэрдменда, Сагита Ремеева, Ризу Фахретдинова, Фатиха Каримова. Татарской литературе Приуралья: были присущи специфические «уральские» черты.

Но среди писателей Башкирского края, внесших свой вклад в развитие литературы на татарском языке, были также башкиры по происхождению и национальному самосознанию, позволившему им: иметь свой специфический голос в общем хоре печатного слова означенной, литературы. В принципе можно согласиться с татарским литературоведом А. Фатхи, который писал в 1968 г. о том, что было бы вульгарно-догматическим социологизмом считать, что до Октябрьской революции башкиры являлись примитивным по уровню общественного развития народом без письменной литературы: башкиры имели и письменность и литературу, их представители внесли свой вклад в литературу на татарском языке, которую башкирский народ признавал и своей литературой. Татарская литература не подменяла собой собственно башкирской литературы, которая хотя и на татарском языке и связанная с татарской литературой, но все же вырастала и набирала силу.

Не столь, конечно, велики успехи башкирской национальности в развитии ее письменной литературы до Октябрьской революции. Но она не была исключением в этом отношении. Даже татарская нация, идущая впереди башкир в культурно-экономическом отношении, долгое время однако не имела достаточно развитой письменной поэзии. В своей критической статье «Стихи наши» (1907 г.) Габдулла Тукай спрашивал: «Почему до 17 октября (1905 г.) у татар не было никаких стихов?» «Почему, прожив на свете столько веков, татары не успели написать ни одного толкового стихотворения? Может, были хорошие рассказчики, но не было кому записывать, и их стихи похоронены вместе с самими поэтами? Возможно, что и так. Ибо, наверно, (действительно) не было, кто бы записал...» Тукай говорил, что «татары наши в смысле написания стихов отстали даже от казахов». Возможно, сказано слишком сильно и преувеличенно. Но, во всяком случае, у башкир, соседей татар, в XVIII — первой половине XIX в., да и позже, строго говоря, не было собственной письменной поэзии, достаточно определившейся в качестве национальной литературы. Если и была она, то, во-первых, написанная на языке арабизированного «тюрки», во-вторых, выполненная в религиозно-мистическом духе суфизма, далекая от гражданских и светских мотивов. В-третьих, литература эта еще не являлась в прямом смысле национальной литературой по своим истокам и содержащимся в ней идеям.

При Мифтахетдине Акмулле (1831 —1895 гг.), его младшем современнике Мухаметсалиме Уметбаеве (1841 —1907 гг.) и непосредственно после них — накануне Великой Октябрьской социалистической революции — закладываются основы современной национальной литературы башкир, создается более или менее цельная литературная система, составляющая часть национальной культуры башкирского народа и отражающая непосредственно его жизнь и национальное самосознание, осознанные специфические интересы и запросы формирующейся башкирской нации.

Риза Фахретдинов, при всяком случае упоминания об Акмулле, называл его «знаменитым странствующим поэтом башкир». А что до Мухаметсалима Уметбаева, то он для Фахретдинова был первым башкирским ученым. Но Уметбаев и поэт, «Уфимские губернские ведомости» писали июня 1903 г., что у башкир есть свой поэт — «60-летний Салим Уметбаев». А перед тем «Волжский Вестник» (Казань, 1898 г., 29 ноября) отмечал, что он — выходец из башкир, вырос и долго жил среди этого народа. Содержание многих, если не большинства, произведений Уметбаева имеет прямое отношение к истории и судьбам башкирского народа, к его национальной культуре.

По поводу дореволюционного литературного наследия башкир С. Мрясов писал в 1927 г.: «Собственно башкирских, ими написанных и изданных до Великой революции, произведений насчитывалось всего лишь четыре—пять единиц. Это — «Ядкарь» Уметбаева, «Вымирают ли башкиры?» Габдрашита Гумера, «Башкирская история» Хади Мунира, «Обращение к башкирам» Сафуана Якшигулова». Но дореволюционная башкирская литература далеко не ограничивается этим перечнем. Не говоря уже о Шайхзаде Бабиче и Дауте Юлтые, следует назвать еще массу других имен башкир-поэтов начала XX в., внесших определенный вклад в формирование национальной культуры своего народа. Среди них — Хабибулла Габитов, Ахняф Тангатa-poв, Фазыл Туйкин, Э. Уммэти (собравший и опубликовавший песни и баиты башкир, написавший повесть «Отцам — слово, детям — наставление»), Э. Исянбердин (которому принадлежит повесть «Печальный разговор или Мансур с Галией»), Габиди Даут (автор поэмы «Башкирская дe-вушка Махинур»), Бахтиар Бахтигареев (написавший пьесу «Продажа земли»), Закир Хади, Г. Исянбердин, Я. Юмаев, Б. Мирзанов и др. Почти все они по национальности башкиры и отражали.в своем творчестве прежде всего судьбу башкирского народа. Немало успел сделать еще до революции башкирский писатель Мухаметша Бурангул.

Уроженец башкирской деревни Ново-Яппарово современного Давлекановского района БАССР, джадидиствующий мулла-сочинитель, Якшигулов стал печататься в 1908 г., когда он выпустил в Стерлитамаке свою первую стихотворную книгу «Марзия мугаллима Султангилде-эфенде», но признанным поэтом стал, когда вышел его сборник стихов «Дела башкирские» («Башкорт хэлдэре». Стерлитамак, 1911), продолжением которого явилась книга «Демские долины» («Дим буйы». Казань, 1912). Последняя по счету книга стихов Якшигулова — это «Пламень сердца» («Кугел ялтындары». Уфа, 1916). Кроме того, он опубликовал много стихотворений в газетах и журналах.

«Пa-мятники мои. Посвящается 5-летию со дня смерти Ш. Бабича»— так называлась выпущенная в Уфе на башкирском языке в 1924 г. книга стихов другого собственно башкирского писателя башкирской нации, начавшего свой творческий путь до революции,— Даута Юлтыя. Многое в их творчестве роднит этих двух талантливых поэтов, внесших существенный вклад в дело создания национальной литературы башкирского народа.

Проблема языкового формирования башкирской нации не ограничивается расcмo-тpенным в первой главе вопросом о лингвистической дифференциации башкир из общетюркской семьи языков и об интеграции их диалектов. Это — вопрос о складывании языковой основы нации. Кроме того, названная проблема включает в себя вопросы формирования национально-литературного языка, в том числе письменной его разновидности. Этот аспект истории складывания и развития башкирского национального языка — часть не только проблемы языковой консолидации нации, но и вопроса о духовном ее формировании, по крайней мере— связующее звено между этими двумя аспектами истории складывания национальной общности, как таковой.

Литературный язык башкирской нации — это исторически сложившаяся на основе устно-разговорного народного языка, но обработанная и упорядоченная форма общенародного национального языка. Он, несомненно, способствовал общенациональной консолидации и нивелировке башкирского языка, но не создавал и не определял этнолингвистической основы формирования башкирской нации. Он и не подменял башкирского национального языка. Последний не совсем тождественен литературному языку, тем более письменному, хотя они и являются однопорядковыми категориями.

Решающая роль с точки зрения складывания языковой основы башкирской нации и ее этнолингвистического существования, с точки зрения формирования башкирского национального языка принадлежит народному устно-разговорному языку.

История языка данной народности и нации вообще, башкирской в частности, вовсе не ограничивается периодами одной только письменной речи и отнюдь не полностью в ней представлена. Письменность у башкир не создала их языка, выраженного в ней. Она лишь, раз появившись, стала фиксировать и передавать уже наличные нормы, сложившиеся задолго до означенной фиксации, до работы составителей шежере, до появления азбуки Мстислава Кулаева, грамматических пособий советского периода. Лингвистический аспект истории вызревания и формирования башкирской нации подтверждает, таким образом, общую закономерность, касающуюся соотношения письменной и устно-разговорной форм языка. Норма башкирского национального койнэ сложилась в конечном счете как результат взаимодействия этих форм. Правда, диалектика их соотношения у башкир, как и ряда других наций СССР, стала достаточно полной, лишь с 20-х годов, после Октябрьской революции.

Не все пa-мятники письменности — пa-мятники литературного языка. Это относится в известной степени и к башкирским шежере, к продукции башкир-переписчиков XVIII—XIX вв. и т. д.. Факт письменной фиксации еще не является признa-кoм литературности. Последняя имеет свои особые требования, общие по значению, но применимые и к конкретной истории башкирского национального языка. Однако если письменность не тождественна литературности то и письменно – литературный язык любой формирующейся нации, в данном случае — башкирской, далеко еще не исчерпывает, особенно в историческом плане, литературного языка. Последний существовал у башкир задолго до появления художественной и научной литературы на их родном: языке.

...следует указать на две (не только объективную, но и субъективную) стороны возвышения естественно возникшей народной речи башкир до уровня национально-литературного койнэ. Этот процесс включал в себя как стихийно происходящие изменения в смысле многовекового совершенствования языка, так и относительно целенаправленные действия по литературной обработке народного языка образующейся нации. Эти две формы национально-языковой эволюции башкир — они вовсе не должны целиком совпадать с указанными гносеологическими сторонами процесса — как бы составили два этапа: до начала XX в. происходил в основном стихийный процесс становления башкирского национального языка, а затем, особенно после Октябрьской революции, в этой области существенно возрастают сознательные и организованные усилия. Притом для первого этапа характерна преимущественно устная форма литературного языка, для второго — преимущественно письменная.

А было время, когда литературный язык башкир выполнял свои функции в форме устной речи (или в совокупности той и другой форм литературного языка). Конечно, литературный язык башкирского народа находит свое наивысшее воплощение сегодня, выступая в виде собственно башкирского письменно-литературного языка. Но он в принципе возможен не только в письменной, но на определенных этапах и в устной форме. Как подтверждает история вызревания и складывания башкирского национального языка, письменно-книжная форма отяюдь не единственная форма литературного языка. Последний не равен письменно-литературному языку.

Оформление» башкирского языка в виде литературного койнэ в XVI—XIX вв. проходило прежде всего в рамках бесписьменного — устного поэтического народного творчества. Язык последнего на том этапе иг-paл (конечно, в ограниченной степени) роль литературного языка, способствуя тем самым культурной консолидации этнической общности башкир. Это было вполне правомерно: любая народность или формирующаяся нация, как правило, проходит в своей языковой и духовной истории подобный этап, закономерность которого объясняется не только негативным фактом отсутствия письменно-литературного языка у данного народа в данный момент, но и другим — позитивным обстоятельством. А именно: язык народа, не приобщившегося или слабо еще приобщившегося к письменной культуре, все же обладает внутренней возможностью и способностью к самосовершенствованию вплоть до поэтической.

Башкирский язык к началу XX в. и без письменности (собственно башкирской), будучи уже довольно богатым, был в состоянии выражать любые мысли, вплоть до абстрактно-философских и сложно-поэтических, — то есть выполнять функции литературного языка*. Перевели же тогда казанские миссионеры на башкирский язык церковно-схоластическую литературу, сложную по своей лексике и стилистической форме (?!, Не очень понятно на какой башкирский язык, причём письменный – И.Г.). Башкирская народная поэзия несла на себе не меньшую нагрузку в смысле лингвистического и стилистического разнообразия. Устно-поэтическое творчество народа представляло собой, пока не развился у него современный письменно-литературный язык, наивысшее выражение и квинтэссенцию народного языка и в какой-то мере приближало или поднимало «естественно возникшую речь» до уровня национально-литературного языка.

Идея бесписьменного — устного народно-поэтического литературного языка вполне применима и к башкирскому языку. Она уже нашла отражение в трудах башкирских ученых Дж. Г. Киекбаева и В. Ш. Псянчина. Они справедливо подметили, что язык героических башкирских зпосов, кубаиров, классических народных песен, пословиц и других жанров устного творчества башкирского народа в первую очередь был и остается образцом общенародного литературного языка.

Правда, признавая литературный характер устно-поэтического языка, не следует игнорировать своеобразия этой формы и отличия ее от другой —письменной формы национально-литературного языка вообще, башкирского в частности. Устно-поэтическая речь башкир характеризуется специфическими синтаксическими конструкциями, существенной ролью логического ударения, инверсии, интонаций, мимики, жестов и т. д. Но произведения фольклора обладают в смысле их языка теми «общелитературными чертами», которые и делают народную поэзию образцом литературного языка.

Башкирский устно-поэтический язык создавался на протяжении веков мастерами слова — сэсэнами-сказителями, кураистами-импровизаторами, которые обрабатывали «сырую» — обиходную и диалектальную речь народа. Их поэтическое слово, несомненно, отличалось своим «наддиалектальным» характером: отнюдь не к диалекту или говору сводился язык устно-поэтического народного творчества башкир. Как литературный язык, он обладал широким национальным, общенародным характером. Даже бытовые башкирские сказки заметно свободны от диалектизмов, хотя сказки вообще более диалектальны по языку, нежели песенное творчество.

Башкирские сэсэны, мастера народнопоэтического творчества, странствуя по обширному Башкортостану и ознакамливаясь с различными диалектами, усваивали не диалектально-особенное, но прежде всего наддиалектально-общее для всех частей народа, понятное не только для башкира –бурзянца, но и для кара - табынца, не только для юрматынца, но и для куваканца. Стремясь к тому, чтобы художественно передать сюжет и вместе с тем мысли и настроения свои и народа, сосредоточивая внимание на наилучшем использовании семантики слова, башкирские сказители искали, находили и отбирали наиболее совершенные и точные, меткие, яркие и типические формы и приемы речевого выражения безотносительно к их диалектному происхождению. А эти формы, раз отобранные, постепенно одерживали победу над a-нaлогичными, но менее удачными выражениями других диалектов, оттесняли диалектизмы и становились достоянием всего народа, то есть национальными. Они отвечали общей жизни, общей исторической судьбе и общему настрою духа и национально-этнического самосознания башкир всех или, по крайней мере, большинства районов Башкирии. Эта общность способствовала широкому распространению и языковому «обтиранию» (шлифовке и нивелировке языка) произведений башкирского фольклора, слагавшихся в разных региональных частях формирующейся нации. Так из разнообразия местных и диалектных устно-поэтических образов и оборотов развивалось то, что в смысле литературного стиля можно назвать койнэ, слагался тот «центральный» язык (Почему центральный, если в начале ХХ века в качестве литературного письменного языка был принят, наименее распространенный диалект горных башкир?– И.Г.), который неуклонно шел (наскольно позволяли исторические условия) к тому, чтобы обрести значение литературного языка.

Имеющий значение наддиалектального, общенародного (национального) литературного койнэ, язык устно-поэтического народного творчества башкир отличался (наличием слов и оборотов, не свойственных просторечью, обыденному разговорно-бытовому языку. Притом уже простонародный говор отдельных диалектов у башкир XIX — начала XX вв. был не так уж беден в смысле образной выразительности и вовсе не сводился к обиходно-бытовой речи. В него непременно проникала обработанная мастерами речь данного диалекта, находящая свое выражение в устном творчестве. Но не только мастерам-художникам слова, а и рядовому представителю того или иного башкирского диалекта было присуще умение ценить выразительность, меткость и отшлифованность слова. Тем более несомненна литературность языка сказителей и импровизаторов, языка тех или иных жанров устно-поэтического народного творчества. Он отличался поэтическим стилем и другими высокими художественными достоинствами.

Изложенные выше факты, касающиеся национальной литературы, уже служат определенным ответом на вопрос: был ли в распоряжении башкир в прошлом письменно-литературный язык? Подчеркивая решающее значение советского строя для расцвета письменной культуры башкирской нации, вместе с тем, однако, следует признать факты, позволяющие положительно ответить на поставленный вопрос. По крайней мере, следует решительно отказаться от нигилистическо-догматического отрицания наличия у дореволюционных башкир письменности и письменно – литературного языка. Можно допустить массу оговорок в том или другом смысле и направлении, но факты таковы, что они в конечном счете дают основание причислять башкир к числу наций, уже до Октябрьской революции пользовавшихся письменностью, то есть с т а р о п и с ь м е н н н ы х. Среди последних из числа тюркоязычных народов, помимо башкир, были азербайджанцы, татары, узбеки, казахи, туркмены и некоторые другие. Из общего числа письменных языков, которыми пользуются ныне живущие в СССР народы, стa-poписьменными являются около тридцати, младописьменными — немногим более сорока. В числе первых и башкиры. Они долгое время употрe-бляли тюркский письменно-литературный язык, точнее — арабскую письменность, основанную на орфографических нормах книжно-литературного языка «тюрки».

Это был второй, после устно-поэтического, литературный язык дореволюционных башкир, но не собственный, а заимствованный — заимствованный как в части графики письма (алфавит), так и орфографических норм.

...В Казани, Астpa-xани и т.д., — вероятно, существовали целые «корпорации» книгoп-epеписчиков; «такие переписчики, — говорит Игнатьев, — может быть, впоследствии (появились и среди башкир, и при переписке (они) начали даже по-своему переиначивать арабские и татарские сказания, переводя их на свое наречие).

Кроме книг духовного содержания, башкирские каллиг-paфисты переписывали (А в предыдущем предложении, было, только может быть, и далее это же продолжилось – И.Г.) также труды светского направления — сочинения по логике, арабскому языку (грамматика, стилистика), теории поэтического и риторического мастерства, философии, истории, космогонии, а также и произведения поэтов средневекового Востока: Фирдоуси, Хафиза, Навои, Насафи и др. Все эти сочинения, особенно распространение в переводе на язык «тюрки» поэзии классического Востока, способствовали растущему интересу башкир-переписчиков к собственной народной поэзии, письменной фиксации произведений устно-поэтического творчества и зарождению первых зачатков башкирской письменной словесности. В конце XVIII — начале XIX в. появляется целый: ряд образованных людей из башкир, которые, переписывая, записывали и сами сочиняли стихи, пользуясь письменно-литературным языком «тюрки». То были люди, одержимые книжной мудростью — перепиской и сочинительством, то есть литературной деятельностью в тогдашнем понимании. Их собственные записи— это, в большинстве случаев, надписи и добавления, сделанные в ходе переписки того или иного фолианта. Язык этих записей весьма близок к устно-поэтической литературной речи народа и является по существу общенародным литературным языком, построенным, однако, по нормам орфографии «тюрки»„ Таким же образом записывались и более значительные произведения устно-поэтического народного творчества, например,, поэма «Бабсак и Кусяк». (Ее стиль и лексик-oн дают основание предполагать, что когда-то она действительно подвергалась письменно-литературной фиксации, а то и обработке). В дер. Наурузово теперешнего Учалинского района в свое время была обнаружена старинная запись рассказа «Славные мужи башкирские» возможно двухсотлетней давности. В рассказе описан поединок башкирского и казахского батыров, которые перед сражением обменялись поэтическими речами. Сохранилась речь казаха— 28 строк, переданные в записи на чисто казахском языке. Это позволяет предполагать, что и слова башкирского поэта были записаны в столь отдаленное время на башкирском языке (?!- И.Г.).

К середине XIX в. относится запись другого произведения башкирского народного творчества — «Бузъегет». Автор записи -оставил пометку: «Свершено то в 1842 г. в Уфе («Уфа илендэ») в доме джигита по имени Габделгаллям». Тогда же — в конце 40-х годов XIX в. — Мир-Салих Бикчурин записал целый сборник башкирских повестей и рассказов, среди которых выделяется «Сказка о смелом царе» («Батыр батшанын экиэте»), вошедшая в одну из его публикаций. Характерно, что словарный состав этого литературного пa-мятника почти ничем не отличается от лексики собственно башкирского национально-литературного языка.

Писатель середины XVIII в. Гаид Сиваев в основном писал на языке «тюрки», но с множеством элементов собственно башкирского просторечья. Близок к разговорному также язык упомянутых выше деловых бумаг XVIII—XIX вв. Сравнительно более «тюркским» является язык произведений мусульманских писателей Башкирии конца XVIII — начала XIX в., а также частично и второй половины XIX в. М. Уметбаев еще продолжал писать на этом стa-poтатарском языке (хотя уже переходил на новотатарский). На нем составлен Ю. Аминевым сборник башкирских песен, опубликованный в 1870 г.3 Но все же чем ближе ко второй половине и концу XIX в., тем ближе «тюрки» этих писателей к общенародному (устному) литературному языку башкир. «Тюрки» поэтов конца столетия уже не совсем то, что язык литераторов первой его половины.

В общем и целом для XVI — первой половины XIX вв. характерно господство в письменно-литературной практике башкир языка «тюрки», постепенно менявшегося, но в основе своей оставшегося неизменно «тюркским», тюрко-татарским. Расcмo-тpенные литературные пa-мятники и отдельные образцы письменности отражают характерные черты языка «тюрки» у татар и башкир за целых два-три столетия. Притом именно у них. 233

Следует согласиться с К. 3, Ахмеровым, подчеркивавшим, что «хотя язык тюрки и был общим языком, которым пользовались многие
народы, однако он не был одинаковым везде: в зависимости от того, какой народ им пользовался, он испытывал влияние языка этого народа».

«Тюрки», которым пользовались башкиры,— это урало-волжский вариант тюркского письменно-литературного языка. Он имел преимущественно татарскую основу развития, по крайней мере на последнем его этапе. Но не одной татарской культуре принадлежит все то, что было создано тогда на этом языке: тут, несомненно, есть и доля башкир.

При всем этом следует отметить, что язык «тюрки» во многом оставался ограниченным и не мог выполнять в полной мере функции письменно-литературного языка башкир ни на стадии народности, ни, тем более, когда они складывались в современного типа нацию. Это относится в особенности к языку произведений религиозно-схоластического толка, изобиловавших арабизмами, фарсизмами и стa-poтюркскими архаизмами. Духовное собрание мусульман во главе с муфтием в Уфе поощряло религиозно-мистическую литературу и соответствующий язык. Поэтому мусульманские писатели первой половины XIX в. писали на таком «тюрки», которое мало кто понимал— а именно на «тюрки» сильно арабизирован-ном, а потому сложном и трудно доступном для понимания.

Во второй половине XIX в. усилилась тяга татарской, а вместе с ней и башкирской интеллигенции к реформированию «тюрки» как письменно-литературного языка. В этой связи и вырос современного типа татарский письменно-литературный язык (с прежней—арабской — графикой письма). Он уже не совсем совпадал с «тюрки», так как вырос на базе живого татарского языка — общенародного (устного) литературного языка татар Поволжья и Приуралья. В конце XIX — начале XX в. растет движение за дальнейшее и окончательное освобождение татарского литературного языка от тюрко-арабско-персидских архаизмов. Защитники пантюркизма пытались тогда навязать всем тюркоязычным народам слегка реформированное (подновленное) «тюрки» в качестве «общетюркского» литературного языка. «Тюркизм» (и пантюркизм) отстаивали «Союз мусульман» во главе с татарскими националистами, газета «Вакыт» в г. Оренбурге и др. Против них в вопросе о национально-литературном языке выступала прогрессивная татарская (и башкирская) интеллигенция.

Большую роль в пропаганде свободного от тюркизмов письменно-литературного национального языка вели левые татарские газеты, например, «Урал» (Оренбург). Из художников слова кроме Г. Тукая, активно отстаивавшего подлинный национально-литературный язык, отметим М. Гафури, Участвуя в организованном в 1911 г. редакцией «Шуро» «языковом соревновании» (с легендой «Булгарка Айслу»), Гафури защищал идею живого, подлинно народного письменно-литературного языка нации, против восстановления в нем тюрко-арабских архаических элементов. На таком языке он и писал свои произведения.

Это был современный татарский письменно-литературный язык, отличный от стa-poтатарского языка «тюрки», но отнюдь не отделенный от него «китайской стеной». Этот новый литературный язык, более чем «тюрки» отвечавший потребностям молодой буржуазной нации, без особого труда проник, и в среду башкирской интеллигенции. Если религиозно-культурные связи башкир как одного из тюркоязычных народов делали в свое время наиболее приемлемым для них распространенный среди тюркских народов, особенно татар, литературный язык «тюрки» на основе арабской графики, то теперь, в конце XIX — начале XX в., тесные этнические и духовные связи с татарским народом обусловили целесообразность для башкир использовать современную татарскую письменность, основанную на арабском же алфавите. На этом языке, близком к башкирскому, писали первые из современных башкирских ученых и писателей— Мухаметсалим Уметбаев, Даут Юлтый, Шайхзада Бабич и др.

Через Акмуллу и Уметбаева татарский литературный язык еще в конце XIX в. заменил у башкир арабизированное «тюрки» мусульманских писателей XIX в. Хотя при этом башкирские писатели сочиняли на татарском языке, последний, однако, в их произведениях не только все больше и больше освобождается: от арабизмов, фарсизмов и тюркизмов, но принимает также в растущей степени собственно башкирские черты, отличающие его от татарского языка: происходит совершенствование башкирской литературы по лингвистической ее форме.

Начало XX в. отмечено растущим стремлением национальной интеллигенции башкир к тому, чтобы облечь свой родной язык, как литературный, правом гражданства.




Связанные темы и персоны


Другие публикации по теме


  • Изображение
  • Гость
  • 1 | 07.05.2015, 09:17 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
Пошел ты на й.у .х. Ирек со своей татарской темой.Ты уж достал всех .Может попросишь татяз в качестве второго языка п России? Ну иди , и не только иди , а иди далеко . и все огородами .



1

  • Изображение
  • Участник
  • 2 | 07.05.2015, 09:17 | Автор: Ирек
    Публикации: 108 | Комментарии: 3432 | Рейтинг: -204,6
Продолжение:
Начало XX в. отмечено растущим стремлением националь¬ной интеллигенции башкир к тому, чтобы облечь свой родной язык, как литературный, правом гражданства. Эта тенденция; среди башкирских литераторов заметно возросла, когда усили¬лось движение за реформирование татарского литературного языка после первой русской революции. В 1909 г. джадиды объявили так называемое «тел ярышы» (в буквальном перево¬де— «языковое соревнование») —своеобразный конкурс-дискус¬сию о татарском литературном языке1. В ходе дискуссии раз¬давались голоса и о башкирском языке, о необходимости литературного творчества на нем. В этом отношении характерно выступление Гарифуллы Кийкова, который, отмечая стремление башкирского народа к знаниям, его богатые исторические тра¬диции, одновременно защищает литературно-языковую само¬стоятельность башкир. «Полынью среди душистых трав» назы¬вает он засорение родного языка в печати чужеродными эле¬ментами. Каждая нация имеет свой собственный язык, говорит Кийков, и «зачем нам силиться, пытаясь писать на ином языке». Он и сам сделал практические шаги по применению башкирского языка в качестве литературного—написал на нем несколько фрагментов по истории башкир. Но, по его словам, поскольку это было сделано «на чисто башкирском языке», он не осмелился их представить к печати: побоялся насмешек тех, кто, отрицая самостоятельность башкирского языка, признавал как литера¬турный лишь татарский язык2. С a-нaлогичной по-пыткой высту¬пил также М. ЭльТосмани из дер. Ахуново Верхнеуральского; уезда,— он написал и даже опубликовал «Сказку на башкир¬ском наречии»3 и отстаивал идею литературного творчества на этом языке. Впрочем, впоследствии башкирский мулла-джадид Эюп Гайнуллин на страницах «Шуро» подверг его эксперимент критике, еще четче и определеннее выдвигая идею собственно башкирского письменно-литературного языка. Не обходили ее и молодые башкирские поэты той поры, особенно же Шайхзада Бабич.
1 «Шуро», 1909, № 15, стр. 467.
2 «Шураныц тел ярышы». Составитель Р. Фахретдинов. Оренбург, изд-во
3 «Вакыт», 1910, стр. 47—48. 3 Т а м ж е, стр. 53—55.
237

Таким образом, письменно-литературный язык у башкир до Октябрьской революции прошел в своем развитии два этапа. Это, во-первых, язык «тюрки» (приблизительно до середины XIX в.), во-вторых, современный татарский язык (конец XIX— начало XX в.). Каждый из этих письменно-литературных языков применительно к башкирской народности и формирующейся башкирской нации имел для своего времени достаточно основа¬ния и оправдания, особенно татарский литературный язык в условиях конца XIX и первых десятилетий XX в. Но становле¬ние, образование и развитие самостоятельной национально-эт¬нической общности башкир пришло сначала в противоречие с. «тюрки» как письменно-литературным языком, со всеми его архаизмами и арабизмами, а затем и с татарским языком: по¬требовалось и его заменить, на этот раз уже башкирским национальным письменно-литературным языком, формиро¬вание и расцвет которого происходит уж в условиях советского строя.



11

  • Изображение
  • Участник
  • 3 | 07.05.2015, 09:21 | Автор: Ирек
    Публикации: 108 | Комментарии: 3432 | Рейтинг: -204,6
Продолжение:
Татарский литературный язык, старый и новый, был широко распространен среди казахов, учителями у которых зачастую работали татары и башкиры. Н. И. Ильминский в 1871 г. отме¬чал *: «Это, быть может, обусловливается этнографическим сродством киргиз с татарами»,— но в то же время указывал на пантюркистские тенденции проникновения в среду казахов та¬тарской языковой культуры. «Татарская магометанская грамот¬ность,— писал он,— распространяющаяся между киргизами, разлагает народный склад и стремится обратить их в татар, чего в конце концов и достигнет, если не будут приняты меры к предупреждению этого». Он предлагал для казахских учебни¬ков «чисто киргизский язык, без всякой татарской примеси» и объяснял: «На чисто киргизском языке для образовательных книг я настаиваю... потому, что знаю, как прежде господствовал, да и теперь еще повидимому господствует в киргизских управлениях татарский язык, как этот язык усваивают киргизские
* Здесь и далее цитируется хранящаяся в ЦГА БАССР записка Н. И. Ильминского о казахских и башкирских школах от 11 марта 1871 г. (под назва¬нием «Чтение об учительской школе для инородцев Оренбургского края»).
238
грамотеи, дорожа им как чем-то особенно почтенным, а свой язык пренебрегая как неграмотный, не книжный, а между тем киргизский язык во многих отношениях лучше, выразительнее татарского». Эти и другие свои соображения Ильминский рас¬пространял также на башкир. Он специально оговаривался: «Башкирское начальное образование можно так же поставить приблизительно на изложенных началах»1.
В конце XIX в. были предприняты первые по-пыт-ки по вне¬дрению казахского литературного языка в школах, а в начале XX в. Ахмет Байтурсунов составил для казахских начальных школ более совершенные учебники на казахском языке. Ими, однако татарские учителя, работающие среди казахов, прене¬брегли, они продолжали обучать казахов по-татарски, и их: поддерживала в этом газета «Вакыт» (Оренбург). В этой связи группа казахских шакирдов уфимского медресе «Галия» подня¬ла вопрос о казахском литературном языке и стала выпускать на своем языке рукописный журнал «Садак» («Лук»). Некото¬рые татарские шакирды запротестовали тогда: дескать, у нас тут татарское медресе, и пусть казахские шакирды пишут на официальном татарском языке! В конфликт вмешался Галимжан Ибрагимов, преподававший тогда в медресе татарскую словесность. Он высказался против пантюркистской идеи обще¬го языка для всех тюркских народов и разъяснял, что уже давно сформировались как самостоятельные азербайджанский, уз¬бекский, турецкий и другие литературные языки и что такую же самостоятельную линию должен держать 6-миллионный ка¬захский народ2.
В настоящее время башкирская нация пользуется литера¬турным языком с письменностью на основе русского алфавита. Но еще задолго до Октябрьской революции русские просвети¬тели всячески пропагандировали необходимость разработки: башкирской письменности и ее норм на означенной основе. При этом и деятельность православно-миссионерских организаций в. области выработки письменности «инородцев» имела некоторое положительное значение, хотя и не подлежит сомнению ее ру¬сификаторская целенаправленность. Такой двойственностью, например, отличались проявленные упомянутым уже миссионе¬ром-тюркологом Н. И. Ильминским усилия по внедрению в баш-
1 ЦГА БАССР, ф. 11, он. 1, д. 924, ял. 4, 7об., 8об., 12об., 13, 14 23.
2 С аи фи Кудаш. Незабываемые минуты. Воспоминания. Уфа, стр. 42—43.
239
кирскую, казахскую и вообще восточно-«инородческую» языко¬вую культуру русского алфавита. Весьма полезные сами по себе, они в то же время отражали растущую тревогу правитель¬ственных и церковных кругов по поводу неослабевающего влия¬ния татарского культурного начала на башкир и казахов и были подчинены великодержавно-шовинистическим соображениям,— пресекши это влияние, заменить его полностью русско-право¬славным влиянием. Ратуя за чистоту казахского языка, Ильминский в упомянутой записке 1871 г. писал: «И чтобы киргиз¬ский язык оградить от татарской примеси в формах и звуках, непременно нужно приноровить к нему русский алфавит... если удастся русскому алфавиту сделаться орудием киргизского языка, тогда разом устраняются, как ненужные и бесполезные, эти многочисленные татарские писцы и грамотеи». Касаясь же пользы для самих восточных народностей от внедрения русского алфавита, Ильминский писал тут же: «Во-первых, алфавит русский весьма удобен для первоначального обучения грамоте... интересно наблюдение одного учителя русско-башкирской шко¬лы, что башкирские дети легче выучиваются сначала русской грамоте и потом — татарской, нежели необорот. Но для баш¬кирских детей русская грамота еще затруднялась непонятностью для них русского языка, на котором написан изучаемый ими букварь; а если русскими буквами написать тексты на родном языке, то дети овладеют русской грамотой в очень короткое время и легко. Выучившись читать русскими буквами, но на своем родном языке написанные книги, они без всякого затруд¬нения перейдут к чтению русских книг... Во-вторых, русский алфавит, с небольшим только приспособлением, способен вполне выразить оттенки и особенности киргизской фонетики и сделать киргизский язык самостоятельным, каков он на самом деле есть и каковым должен быть в интересах киргизского образования и развития»1.



11

  • Изображение
  • Участник
  • 4 | 07.05.2015, 09:25 | Автор: Ирек
    Публикации: 108 | Комментарии: 3432 | Рейтинг: -204,6
Продолжение:
Это — из ранних высказываний Н. И. Ильминского, который впоследствии продолжал свои усилия по внедрению русской письменности среди башкир и казахов, а также по переводу на языки нерусских народов Поволжья и Приуралья русской лите¬ратуры *. Подобного рода деятельность усилилась к концу
1 ЦГА БАССР, ф. 11, оп. 1, д. 924, лл. 14—15.
* Н. И. Ильминским изданы: «Башкирский рассказ». — «Ученые записки» Казанск. ун-та, кн. 3, 1861; «Из переписки по вопросу о применении русского алфавита к инородческим языкам». Казань, 1883; «Опыты переложения хрис¬тианских вероучитёльных книг на татарский и другие инородческие языки». Казань, 1883; «К истории инородческих переводов». «Православный собесед¬ник», 1884, март-апрель.
240
XIX — началу XX в., когда появились многочисленные публика¬ции на языках указанных народов, словари по этим языкам: та¬тарскому, казахскому и др. Причем работу в этой области ведут уже не только миссионеры и просветители русские, но и предста¬вители нерусских национальностей. Татарин Каюм Насыри, на¬пример, издает «Полный русско-татарский словарь».
В общем комплексе всей этой работы, направленной к про¬свещению российского Востока, усилились и по-пыт-ки по норми¬рованию башкирского языка и выработке его письменности. Появились первые буквари для башкир*, словари ** и тек¬стологические публикации на башкирском языке, правда, пока переводные. Их издатели руководствовались задачей организо¬вать обучение башкирских детей, помимо русской, также и башкирской грамоте с помощью русской графики письма.
Предлагаемый для башкирской письменности русский алфа¬вит имел ряд преимуществ перед арабским. Он позволял отра¬зить в письме важнейшие фонетические особенности башкирско¬го языка, в том числе закон сингармонизма, гармонию губных гласных, дифтонги, свойственные башкирской речи, и т. д. Автор первого из букварей — В. В. Катаринский — предлагал для башкирского алфавита 39 букв русской графики, часть которых предназначалась для специфических башкирских звуков. Для звуков §—з, f—г, к—к, g—с он берет лишь по одной букве—з, г, к, с. А. Г. Бессонов предлагал башкирский алфавит из 41 буквы русской графики, а М. А. Кулаев, башкир-ученый,— из 34 знаков3. Кулаев при этом вовсе не берет не свойственных для башкирского языка звуков-букв в (Волга), ц (центнер), ч (Чарджоу).
Составители букварей давали и образцы практического при¬менения предлагаемого ими башкирского алфавита, основы¬ваясь при этом на устном народно-литературном языке. В бук¬варе В. В. Катаринского, например, в качестве образцов приво-
* «Букварь для башкир». Оренбург, 1898; А. Г. Бессонов. Букварь для башкир. Казань, 1906; его же. Первая после букваря книга для чтения для северо-восточных башкир. Казань, 1906; М. Кулаев. Основы звукo-пpoизношения и азбука для башкир. Казань, 1912. Кроме того, были опубликованы: «Первоначальный учебник русского языка для башкир». Оренбург, 1893; «Практические первоначальные уроки русского языка для башкир». Казань, 1899; «Нравоучительные уроки, написанные на башкирском языке». Ка¬зань, 1901.
** «Краткий русско-башкирский словарь». Оренбург, 1893; В. В. Ката¬ринский. Башкир(ск)о-русский словарь. Оренбург, 1899 (1900). (С Ката-ринским сотрудничал местный учитель М.-Г. Куватов).
3 А. К У л а е в. Основы звукo-пpoизношения и азбука для башкир. Казань, 1912, стр. 12.
241
дятся целые башкирские тексты, написанные на основе русской графики, например, «Ике ибташ»1.



11

  • Изображение
  • Участник
  • 5 | 07.05.2015, 09:25 | Автор: Ирек
    Публикации: 108 | Комментарии: 3432 | Рейтинг: -204,6
Окончание:
Текстологический материал букварей В. В. Катаринского и А. Г. Бессонова явился одним из первых опытов применения на практике русского алфавита в башкирской письменности. Таким же опытом явились церковные издания на башкирском языке, предпринятые в 1899—1902 гг. миссионерским обществом в Ка¬зани. Кроме того, еще до букварей и переводов священных книг конца 90-х — начала 90-х годов имела место запись башкир¬ского фольклора с помощью русского алфавита (Р. Г. Игна¬тьев)2. А в названный период, пользуясь тем же алфавитом,, записывали башкирские песни, загадки и другие виды устного народного творчества С. Г. Рыбаков и М. В. Лоссиевский.
Таковы первые по-пыт-ки создания башкирской письменности с помощью русского алфавита.
В тот период, когда для башкирской письменности впервые предлагался русский алфавит, предложение это не могло быть осуществлено. И отмеченные по-пыт-ки тогда не выходили за рамки эксперимента. Русско-башкирский алфавит еще не полу¬чил широкого практического применения. По-пыт-ки внедрить его в языковую культуру башкирской нации в то время оказались преждевременными. Во-первых, не только не доставало опыта в этой области, но еще не были до конца исчерпаны и испытаны в надлежащей хмере возможности арабской графики и тюрко-татарской письменности. Во-вторых, отсутствовали объективно-политические условия для принятия башкирской нацией рус¬ского алфавита. Угнетение русским царизмом малых наций исключало эффективность тех усилий, которые предпринима¬лись русскими просвещенцами для повышения языковой куль¬туры этих наций, в том числе башкир. Последние в своей массе с недоверием относились к внедрению русских начал в их духов¬ную жизнь.
1 «Букварь для башкир». Оренбург, 1898, стр. 34.
2 Р. Игнатьев. Сказания, сказки и песни, сохранившиеся в рукописях: татарской письменности и устных пересказах у инородцев-магометан Оренбургского края. («Записки» Оренб. отд. императ. Русск. геогр. общ-ва, вып. 3* 1875, стр. 183—236).

В условиях начала XX в. и собственно татарская литература (в лице, например, Габдуллы Тукая) способствовала духовному формированию башкирской нации. Сознательные представители последней, несомненно, принимали и в свой адрес призывы Ту¬кая к защите и развитию культуры и языка нации, к борьбе за национальную свободу. Башкирская национальная интеллиген¬ция, например, с упоением читала и распространяла стихотво¬рение Тукая «Родной язык», глубоко пронизанное идеей нацио¬нальности. На нее оказывала воздействие, в целом, вся татар¬ская демократическая интеллигенция, озабоченная нуждами на¬ции.



12

  • Изображение
  • Гость
  • 6 | 07.05.2015, 11:04 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
Габдулла Тукай спрашивал: «Почему до 17 октября (1905 г.) у татар не было никаких стихов?» «Почему, прожив на свете столько веков, татары не успели написать ни одного толкового стихотворения? Может, были хорошие рассказчики, но не было кому записывать, и их стихи похоронены вместе с самими поэтами? Возможно, что и так. Ибо, наверно, (действительно) не было, кто бы записал...» Тукай говорил, что «татары наши в смысле написания стихов отстали даже от казахов»
=====================
А то говорят, что была татарская письменность. Тюрки не татарская, вот Тукай прав.



0

  • Изображение
  • Гость
  • 7 | 07.05.2015, 11:10 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
Татары образовались после того, как пришли сюда ТАТы в качестве воинов монгол, для воспроизводства им монгoлы разрешили создавать семью, так же как, например неграм в Штатах.Так зародился молодой этнос ТАТары, язык взяли от башкир (Выделено мной – И.Г.). Так получились казанские, астpaxанские, сибирские, различающиеся ровно на столько, на сколько различаются диалекты западных, южных и сибирских башкир.
==================
Все это ты подтвердил своей многостраничной галиматьей.
Ты бы не позорил татар Ирик!



1

  • Изображение
  • Наблюдатель
  • 8 | 07.05.2015, 11:26 | Автор: blunt
    Публикации: 16 | Комментарии: 15141 | Рейтинг: +3074,6
Как я уже писал, на сайте «Уфимский Журнал» один «академик», и по совместительству клоун озвучил следующие слова: «Сколько можно объяснять вам. Татары образовались после того, как пришли сюда ТАТы в качестве воинов монгол, для воспроизводства им монгoлы разрешили создавать семью, так же как, например неграм в Штатах.
Так зародился молодой этнос ТАТары, язык взяли от башкир (Выделено мной – И.Г.). Так получились казанские, астpaxанские, сибирские, различающиеся ровно на столько, на сколько различаются диалекты западных, южных и сибирских башкир».
---------------------------
Это уже прямое оскорбление татар.
Не татарин, но и мне было противно это читать.



10

  • Изображение
  • Наблюдатель
  • 9 | 07.05.2015, 11:38 | Автор: Karim Yaushev
    Публикации: 50 | Комментарии: 475 | Рейтинг: +172,1
Уважаемый Ирек эфенди!

Мне кажется, что с такими «академиками» с патриотической, а не ученой начинкой бессмысленно дискутировать. Ну, как можно вести дискуссию, когда одна сторона совершенно бездоказательно начинает говорить о том, что на месте современной Уфы 1500 лет назад башкирами был построен «цитадель башкирских ханов» - город Башкорт?

Это при том, что 1500 лет назад еще не было этнонима «башкир», кочевники не строили городов, у башкир не было ханов (они были подданными других ханств) и т.д.

И с письменностью дело обстоит схожим образом. Самое печальное, что такие башкирские патриоты-ученые лишают самобытный башкирский народ, может быть не величественной, но реальной истории, подменяя ее красивой сказкой.

Полагаю великий Сервантес не зря говорил, что лживых историков следовало бы казнить, как и фальшивомонетчиков.



17

  • Изображение
  • Участник
  • 10 | 07.05.2015, 11:43 | Автор: препод
    Публикации: 11 | Комментарии: 4200 | Рейтинг: -33,7
Опять пи-cьками меримся?



0

  • Изображение
  • Эксперт
  • 11 | 07.05.2015, 11:43 | Автор: юнг
    Публикации: 234 | Комментарии: 27124 | Рейтинг: +5282,9
Бедный Ирик! Ведь мог бы заниматься воспитанием детей и внуков, однако, неcмo-тpя на то, что его послали на три буквы, упop-нo продолжает долбить клавиатуру=========Графома́ния (от греч. γράφω — писать, чертить, изображать и греч. μανία — страсть, безумие, влe-чeниe) — патологическое стремление к сочинению произведений, претендующих на публикацию в литературных изданиях, псевдонаучных трактатов и т. п. Графоманические тенденции нередки у сутяжных психопатов.



1

  • Изображение
  • Участник
  • 12 | 07.05.2015, 11:45 | Автор: кац
    Публикации: 0 | Комментарии: 11401 | Рейтинг: -2357,8
Вот что получается по твоим выкладкам, Иречок:
У башкир литературно-поэтический язык существовал задолго до того ( ми-нимум с 16-го века), как они перешли на преимущественно письменное изложение своих древних эпосов, кубаиров и сказаний на базе стa-po-тюркской письменности. У татар этого не было еще в начале 20 века, о чем с сожалением говорил Г.Тукай.
Cмo-тpи, Иречок, тебя татарские националисты где-нибудь прижмут.



4

  • Изображение
  • Наблюдатель
  • 13 | 07.05.2015, 11:46 | Автор: blunt
    Публикации: 16 | Комментарии: 15141 | Рейтинг: +3074,6
9 | 07.05.2015, 11:43 | Автор: юнг | На сайте
Публикации: 60 | Комментарии: 18014 | Рейтинг: +3856,8
-------------
Чего, тебе жал-кo? Пусть пишет. Кому-то это интересно. Ты можешь не читать.



8

  • Изображение
  • Наблюдатель
  • 14 | 07.05.2015, 11:48 | Автор: blunt
    Публикации: 16 | Комментарии: 15141 | Рейтинг: +3074,6
Самое смешное, то, что придумали каких-то ТАТОВ. Ни один исторический документ о них не упоминает.



9

  • Изображение
  • Гость
  • 15 | 07.05.2015, 12:04 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
1 | 07.05.2015, 09:17 | Автор: Не зарегистрирован
Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0

Пошел ты на й.у .х. Ирек со своей татарской темой.Ты уж достал всех .Может попросишь татяз в качестве второго языка п России? Ну иди , и не только иди , а иди далеко . и все огородами .
======
Вас и посылать не надо. Вы на нём сидите, всегда на чужом х-u-ю, в рай выезжали и за чужой счёт, разношерстное племенное отребье и сброд из манси и лесных скитальцев ху разберёшь из каких кровей. Вот эта насия!
Сами начали при муртозлоиде выпячивать свою искюлющительность, сейчас сами и визжите как макаки.



9

  • Изображение
  • Гость
  • 16 | 07.05.2015, 12:09 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
14 | 07.05.2015, 11:48 | Автор: blunt | На сайте
Публикации: 3 | Комментарии: 9023 | Рейтинг: +1987,9

Самое смешное, то, что придумали каких-то ТАТОВ. Ни один исторический документ о них не упоминает.
=====
У башкир талант к искусству. Всё искусственное.



7

  • Изображение
  • Наблюдатель
  • 17 | 07.05.2015, 12:16 | Автор: blunt
    Публикации: 16 | Комментарии: 15141 | Рейтинг: +3074,6
6 | 07.05.2015, 11:04 | Автор: Не зарегистрирован
Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
Габдулла Тукай спрашивал: «Почему до 17 октября (1905 г.) у татар не было никаких стихов?» «Почему, прожив на свете столько веков, татары не успели написать ни одного толкового стихотворения? Может, были хорошие рассказчики, но не было кому записывать, и их стихи похоронены вместе с самими поэтами? Возможно, что и так. Ибо, наверно, (действительно) не было, кто бы записал...» Тукай говорил, что «татары наши в смысле написания стихов отстали даже от казахов»
=====================
А то говорят, что была татарская письменность. Тюрки не татарская, вот Тукай прав.
----------------
Можно подумать, у башкир были публикации стихов. Даже башкирский алфавит разработал татарин.



11

  • Изображение
  • Участник
  • 18 | 07.05.2015, 12:21 | Автор: Ирек
    Публикации: 108 | Комментарии: 3432 | Рейтинг: -204,6
-----Мне кажется, что с такими «академиками» с патриотической, а не ученой начинкой бессмысленно дискутировать.-----
Карим эфенди, а разве я дискутирую с клоунами? Вам это показалось. Но на всякое оскорбление нашего народа надо отвечать, и вплоть до полного визга этих клоунов, и я знаю, что это мне удаётся.И к тому же, ведь и у клоунов, особенно у остепеннённых клоунов есть послушники, адепты, потому и надо на ихнее, всяким таким клоунам отвечать.
С многими уже работами уважаемого Билала Хамитовича я знa-кoм, стараюсь до земляков и его труды донести, но часто увы. Как говорят, не в коня корм. Не внемлют некоторые заповедям мудрого Акмуллы, да и Ленина бабая тоже, УКЫРГА КИРЯК.



8

  • Изображение
  • Участник
  • 19 | 07.05.2015, 12:26 | Автор: кац
    Публикации: 0 | Комментарии: 11401 | Рейтинг: -2357,8
Татары, как молодой этнос, перенявший башкирский язык, не смогли до конца усвоить несколько звуков и фонетику, в результате оказались ближе к тюрки. Так же как молодой, не имевший никакой своей религии этнос, легко и быстро усвоил ислам. А через него и элементы письма, которые так же легко повлияли на молодой язык.
Башкиры, более древний народ, имевший свою руническую письменность и свою религию, естественно, с трудом переходили на новую религию. Элементы языческой религии до сих пор народ не забывает. Но древняя устная поэтическая культура башкир не подлежит сомнению.



3

  • Изображение
  • Участник
  • 20 | 07.05.2015, 12:43 | Автор: Ирек
    Публикации: 108 | Комментарии: 3432 | Рейтинг: -204,6
Кац, бантик пиши, и пиши пожалуйста больше. Нет, я не записываю, но твой товар клоунады лыцом надо показывать, и в этом ты очень успешен .



10