Рейтинг публикаций
Лучшие комментарии дня
Календарь новостей
«    Декабрь 2022    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 
Лучшие комментарии недели
Лучшие комментарии месяца
Обсуждаемое за неделю
Обсуждаемое за месяц
Последние публикации
Бадранов воюет с дивана, ...

Чиновник из Башкирии Азат Бадранов дал интервью телеканалу из зоны СВО, ...
  30.11.2022   17378    1

АУЕ-Уголовник решил ...

Основатель ЧВК «Вагнер» Пригожин обратился к владельцам крупных предприятий в ...
  30.11.2022   33678    1

Путинизм. 20 лет. Итоги ...

Президент России Владимир Путин сообщил матери, сын которой погиб в СВО на ...
  27.11.2022   28484    12

«Уфимский Журнал» ...

Военная цензура в России быстро перешла в новую фазу. От угрозы блокировки и ...
  20.10.2022   19162    402

Желаем отправиться к ...

Лидера ЛДПР Владимира Жириновского госпитализировали в Центральную клиническую ...
  10.02.2022   14202    53

Из этой страны лучше ...

Сотрудник представительства Башкирии попросил убежища в Великобритании после ...
  9.02.2022   31577    29

Как власти Башкирии ...

В Башкортостане активисты профсоюза "Действие" обратились в прокуратуру после ...
  8.02.2022   13171    18

А не подавятся ли ...

Башкирский национальный политический центр разработал "проект государственного ...
  7.02.2022   20351    50

История Лилии Чанышевой ...

Экс-координатор Штаба Навального в Уфе (Штабы Навального признаны российскими ...
  4.02.2022   29246    108

Фашист из ФСИН Башкирии ...

В Башкортостане бывший сотрудник ФСИН на камеру угрожал коллегам секс-насилием. ...
  3.02.2022   26887    42

Читаемое за месяц
Архив публикаций
Ноябрь 2022 (3)
Октябрь 2022 (1)
Февраль 2022 (8)
Январь 2022 (19)
Декабрь 2021 (24)
Ноябрь 2021 (30)

Этот трудный путь к согласию

  • Опубликовано: Ирек | 03.12.2015
    Раздел: Общество | Просмотры: 34597 | Комментарии: 165
4



КАКОЕ место занимают татары Башкортстана в культуре? — Есть такая проблема. Я задумываюсь о судьбе писателей, выходцев из наших краев. И, знаете, перед глазами встает совершенно неожиданная картина... Сидят они на границе Башкортстана и Татарстана, по берекам Ика, свесив ноги... Одни — на одном берегу, другие — на другом. Те, что по эту сторону, мечтают о Татарстане, а те, что по другую — тоскуют по Башкирии. Но мосты разобраны. Дорог нет. Хоть бросайся прямо в одежде в воду. Переплывешь — и глядишь, душа успокоится.

Этот трудный путь к согласию


Духовный мир народа, говорящего по-татарски на западе и северо-западе Башкортстана, разделен надвое. То есть, земля — здесь, а песня — там. Сами живут в Башкирии, а творчество их — в Татарстане. Так и маются люди от невозможности увязать одно с другим. Меня иногда приглашают в Казань, либо на научную конференцию, либо оппонентом чьей-либо диссертации. И всякий раз я бываю в Институте языка, литературы и истории имени Г. Ибрагимова. Захожу в отдел, который возглавляет мой земляк, доктор филологических наук Фуат Ганиев. Встречаюсь у него и со старшими научными сотрудниками, кандидатами филологических наук Халифом Курбатовым и Рифгатом Ахметзяновым. Присоединяются к нам и аспиранты из наших краев, которые учатся здесь. И о чем мы, как вы думаете, говорим? Нет, мы не ведем научных споров. Это — для конференции. Мы говорим о Башкирии. Как я сказал, Ганиев и Курбатов родом из Башкирии. Они давно уже обосновались в Казани. Стали видными учеными Татарстана. Но каждый из них остался сыном Башкортстана. Их всегда тянет к себе родина. Ганиев, например, желал бы хоть с месяц почитать в Уфимском университете лекции. И мы с ним договариваемся о спецкурсе на нашем татарском отделении.

Хочется сказать одно: у наших земляков в Татарстане — широкое поле деятельности: родной язык, литература, культура... Но, видно, тоска не проходит. Это — чувство оторванности от родной земли. В стороне от своей естественной среды творческий человек словно под корень подрублен.

Западная Башкирия — пристанище татар. Здесь они — дома. Но возможности работать в области национальной культуры ограничены. Вот и уезжают...

Тоска... Довелось как-то беседовать с бывшим Председателем Президиума ТАССР С. Батыевым в его кабинете. Со мной были заместитель редактора «Кызыл Тан» Расих Ханнанов и покойный ныне Хасан Сарьян. Сам Батыев из Чекмагышского района. Получилась, как бы встреча земляков. Слово «жирсу» («тоска») я услышал впервые тогда от Батыева. Мы спросили, бывает ли он в родных краях. «Езжу всегда, когда есть возможность. Посижу у родника, и чувство тоски словно утоляется»,— ответил он.

Отсутствие душевного комфорта — это одно. Чтобы нашим татарам в Башкирии заниматься творчеством, надо с родного языка переходить на другой.

Надо освоиться в другой национальной среде. Кому-то это дается легко, а кто-то не может. На своей земле человек не находит себе места. По этой причине республика (значит, его народ) теряет многое: за пределы уезжают замечательные таланты. Вот что особенно важно здесь. И об этом, казалось бы, должны думать прежде всего не те, кто душой — татары, а руководители, ответственные по долгу службы. Занялся я как-то подсчетами. Родом из западной и северо-западной Башкирии оказались 110 писателей, говорящих на татарском. (Я беру только известных, вошедших в различные справочники.) Из них шестьдесят остались в республике и считаются теперь башкирскими писателями. А пятьдесят уехали в Татарстан и стали татарскими писателями.

Как обстояло дело до революции, понятно. На обеих территориях литература «делалась» на татарском языке. Казань была общим центром. В тот период вообще не делили писателей Татарстана и Башкортостана по месту их рождения. Мы не придаем значения тому, что Дэрдменд — из Мелеуза, Шаихзаде Бабич и Хусни Карим — из Дюртюлей, Галимдж.ан Ибрагимов — из Авыргазы, Ахмет Файзи — из Уфы, Наки Исанбет — из Салаватского района. Еще до революции больше десяти наших земляков значилось в татарской литературе. Сейчас же некоторые из них причисляются к башкирам.

Продолжаю подсчеты. (Такие сведения, думаю, будут полезны для интересующихся историей нашей культуры.) В двадцатые годы западный Башкортстан дал 15 писателей. Одиннадцать из них — видные представители татарской литературы. Вот они: Ярлы Карим (Бишбуляк), Мирсай Амир (Мелеуз), Ахмет Ерикей (Дуван), Риза Ишмурат (Янаул), Фатих Карим (Бишбуляк), Гази Кашшаф (Туймазы), Галимджан Нигмати (Чишма) и другие. В ту пору начинал функционировать башкирский язык, возникали национальное книгоиздание, пресса. Али Карнай и Гариф Гумер и еще несколько представителей западного Башкортстана решили воспользоваться местными возможностями. Их мы называем башкирскими писателями.

30-е годы. Уже 25 писателей дал литературе западный Башкортстан. Из них 15 остались жить в республике. Это люди, занимавшие в башкирской литературе ведущее место (привожу по алфавиту): Ибрагим Абдуллин (Шаран), Тимер Арслан (Туймазы), Акрам Вали (Чакмагыш), Юсуф Гарай (Шаран), Раис Габдрахманов (Благовар), Мустай Карим (Чишма), Ханиф Карим (Кыйгы), Муслим Марат (Борай), Хусаин Мухтар (Кушнаренко), Кирэй Марган (Мишкэ), Бадруги Мукамай и Назар Наджми (Дюртюли), Малих Харис (Чакмагыш), Ахнаф Харисов (Балтач), Гайнан Эмери (Янаул) и другие. Около десяти наших земляков находят свою судьбу в Татарстане: из Эльшая — Касыйм Вахит, из Кушнаренко — Лутфи Вали и Мин Шабай, из Туймазы — Хайрутдин Музай, из Чакмагыша — Hyp Гайсин и Галимджан Латыйп, из Чишмы — Рахим Саттар, из Кыйгы — Исмагил Шафиев и другие.

В 40-е годы из татар Башкирии и западных башкир становятся известными восемь писателей в Казани, пять — в Уфе. В первой группе трое из Янаула: Эдип Маликов, Нурихан Фаттах, Сайт Кальметов. Вместе с ними необходимо назвать Зыю Мансура (Дюртюли) и Мазита Рафикова (Кугэрчен).

Среди тех, кто остался на родине,— Гилемдар Рамазанов, Габдулла Ахметшин, Анвар Бикчентаев, Динис Исламов.

Из тех, кто в ту пору взялся за перо, по меньшей мере один из трех уезжает в Казань; в 50-е годы из 15 человек — 5 (среди них — Нил Юзеев и Ильдар Юзеев); в 60-е годы из 20-ти — 7 (и все активно работающие талантливые поэты и прозаики: из Илиша Ахсан Баянов и Хасан Сарьян, из Кыйгы — Резеда Валеева, из Янаула — Сажида Сулейманова, из Нуримана — Зиннур Насыбуллин, из Кушнаренко — Радиф Гатауллин, из Эльшая — Амир Махмудов); в 70-е годы из 14-ти человек — 5 (из Благовара — Нурия Измайлова, из Илиша — Роберт Миннуллин, из Ярмэйкея — Ризван Хамид, из Бакалы — Фаиз и Лаис Зулькарнаевы).

Есть и такие данные: из Чакмагыша, Кушнаренко, Янаула, Чишмы (имеются ввиду районы) родом по десятку писателей,— часть из них работает в татарской литературе, часть — в башкирской.

Такие сведения можно было бы привести и в области театрального искусства, эстрады, музыки и т. п.

Все это достойно внимания. В отношении культуры говорящий по-татарски западный Башкортстан разорван надвое: часть — в Казани, другая часть — в Уфе.

Ситуация, сложившаяся в культурной жизни республики, в целом, требует ответственного подхода к себе. Всякий раз, когда речь заходит о культурных нуждах народа, живущего на западе и северо-западе Башкирии, кивают в сторону Казани. Во-первых, Казань эти потребности удовлетворить не может.

У нее тоже экономические возможности ограничены. Во-вторых, татароязычное население, составляющее половину Башкирии, хотят низвести до положения лишь потребляющего культуру. А народ, имеющий самобытную историю, этнический облик, желает сам творить свою культуру. Вот ведь в чем дело. Не считаться с этим стремлением, по-моему, значит, игнорировать требования времени. Это может вызвать серьезные противоречия. Уже сейчас поднимается вопрос суверенности запада и северо-запада Башкирии. Никто не может сказать, к чему это приведет. Общественная мысль пока не созрела. И все же многие подвергают критике включение бывшей Уфимской губернии, без волеизъявления народа, в состав Башкортостана. Сейчас ситуация меняется быстро. Вчера лишь эта проблема была «темным лесом». Можно было заблудиться в ней. А сегодня глядишь, в проекте новой Конституции РСФСР ясно написано, что часть народа национальной республики может образовать новую республику. Для народов, живущих на границе двух республик, по их желанию, тоже подразумевается право объединения. Раз права гарантируются — остальное дело обычное. Но задача не в отделении, а в том, чтобы найти ключи к согласию в совместном проживании.

Что получается на деле? Положение обеих сторон неважно. Перед той и другой стороной встают две разные проблемы. С изменением традиционного направления (общего характера) национальной культуры арена действий сужается. Взор, обращенный на восток и юг, в свою очередь означает отчуждение от запада (от говорящих на татарском), убывает число читателей, зрителей, слушателей. В условиях рыночной экономики усложняются проблемы финансирования культуры. А запад (татарская сторона), помимо прочего, в результате обособления, лишается доныне сложившихся форм.

Возникает необходимость создавать их заново. Начинать же все заново нелегко, и здесь нужны понимание и искренняя помощь властей. А помощь эта пока не столь заметна.

Обе стороны недовольны своим положением. Взаимоотношения обостряются. Нам надо подумать о том, как выйти из этой ситуации. Обычно рассуждают так: назад дороги нет, надо перестраивать то, что имелось.

Кажется, я касаюсь здесь весьма щекотливых вещей. Речь и вправду идет не только о проблемах культуры, но о судьбах людей, в ней работающих, вернее, об их сегодняшнем и завтрашнем статусе. Может возникнуть вопрос, есть ли у меня право затрагивать такие проблемы. Думаю, есть. Я — представитель Башкирии, говорящий по-татарски. Всю жизнь живу в среде интеллигенции. Свободно общаюсь и с татарами, и с башкирами. Считаю, что с положением дел знаком. И потом, я ничего не выдумываю, лишь называю вещи своими именами. Разве не обострили мы обстановку принятыми до недавних пор «играми в прятки»? Ладно, это, так сказать, лирическое отступление.

А реальность такова: культура республики стоит перед разветвлением (расколом). Самое сложное сегодня — отношение к этому. Инерция велика.

Родной язык — татарский, но башкирский — не то чтобы язык ремесла, а язык жизни и судьбы — существует такая позиция. Позиция понятная, достойная глубокого уважения. Но в эпоху плюрализма мы перестали одинаково мыслить. Позицию эту многие не разделяют. Путь разрешения противоречий в современном мире один — демократия. По-моему, диктат, насилие в области языка, литературы, искусства — самое худшее. Таким путем вопрос никогда не решался и, думаю, не будет решаться и впредь. Я сторонник того, чтобы внутри единой республиканской культуры создать возможности для роста татарской ветви. При этих словах хватаются за официальные определения: мол, в нашей стране шестьдесят миллионов человек живут вне своей национальной среды. Мол, для всех них на местах не создать родную литературу, искусство,— нет экономических возможностей. Их культурные нужды удовлетворяются за счет контактов с республикой, где живет основная часть народа, и за счет развития художественной самодеятельности. Определение, приемлемое для диаспоры многих народов. Даже сотни тысяч татар, живущих в Узбекистане, Казахстане, в Москве и Ленинграде, не будут против этого. Но признающих татарский язык родным жителей Башкирии нельзя ставить в один ряд с ними. Это — местное население: этническая группа, сформировавшаяся здесь. И по численности гораздо больше башкир. Их нельзя отождествлять (путать) и с башкирами, и с казанскими татарами. Отождествление с башкирами означало бы отрицание собственного лица. А с казанскими татарами — ставило бы их в положение пришельцев.

По-моему, у этого народа есть право самостоятельно создавать свою культуру. Во всяком случае, раз проблема затронута, надо такую возможность дать.

Татарский общественный центр Башкирии добивается для татарского языка статуса государственного. Для создания самостоятельной культуры это, разумеется, первейшее условие. Без официально признанного языка не может быть и отдельного направления в культуре. Коль допускается возможность существования внутри башкирской культуры татарской ветви, то и татарский язык должен стать официальным. Если татарский язык будет признан в республике одним из официальных, культура живущей на западе и северо-западе Башкирии своеобразной этнической группы пробьет себе дорогу. Здесь одно неразрывно связано с другим. Отрицание одного приведет к отказу от другого.

Татарская общественность республики выдвигает требования: дать возможность татарским писателям создать собственный союз, открыть на татарском языке журнал, молодежную газету, в Башкирском книжном издательстве — татарский отдел, татарские редакции — на радио и телевидении, построить в Уфе татарский театр, собрать татарскую труппу при тюзе, открыть в Уфе для татарских детей школу-интернат, увеличить в вузах республики выпуск специалистов для татарских школ и детских учреждений — все это назревшие проблемы. Большинство из них не требует особых финансовых затрат.

В сложное, тревожное время нужна ведущая за собой сила. Сейчас на это серьезно претендует Татарский общественный центр Башкирии. С каждым днем он сплачивает вокруг себя все больше народу. Его голос уверенно звучит и на площадях, и на сессиях Верховного Совета, и на пленумах рескома компартии. Растут политические деятели совершенно нового типа. Таковы координатор-председатель общественного центра, доктор физико-математических наук, профессор Марат Рамазанов, декан сельскохозяйственного института, профессор Мазит Хузин, ответственный секретарь центра математик-программист Карим Яушев. Мне нравится то, что они реалисты, нравится их стремление к национальному согласию.
Иншалла, мы не ошибемся, не собьемся с пути.

Это, в свою очередь, всей культуре Башкирии придает своеобразную окраску. В ней, в культуре, называемой башкирской, которую мы обычно стараемся рассматривать как нечто целостное, в действительности есть два четко отличающихся пласта: башкирский пласт и татарский пласт. Это обстоятельство, разумеется, возникло поневоле, в связи с историческими условиями. Нельзя закрывать на это глаза и избегать сегодня откровенного разговора. Эта проблема давно волнует башкирских деятелей. «Сможем ли мы сохранить в таком случае лицо своей культуры, национальный колорит?» — задаются они вопросом. Очень серьезный и понятный вопрос. И работающая на ту самую «целостную» культуру татарская часть тоже задумывается.

Ее положение, по-моему, еще сложней. Чтобы занять в национальной культуре прочное место, надо основательно знать образ жизни, обычаи, нравы, психологию и, наконец, своеобразный язык народа. Нет, не просто знать, а это должно быть в крови,— чего достичь нелегко. Усердие такого рода может завершиться и приспосабливанием. Во взаимоотношениях, по-видимому, проблем хоть пруд пруди. То, что до сих пор культура сохранялась целостной, можно прежде всего объяснить твердой рукой административно-командной системы. В последнее время, в условиях демократии возможности роста у башкирской культуры в двух направлениях все возрастают. (Отдельные признаки этого существуют издавна.) Хорошо ли это или плохо? Не будем спешить с однозначным ответом. С точки зрения слияния наций и языков объединение двух реальных частей в единую культуру было, разумеется, хорошо. Но концепция оказалась мертвой. В новой политической ситуации естественны попытки самоопределения. Но здесь следует подчеркнуть: речь не о нынешнем реальном процессе, а об идейном направлении, о формирующемся общественном движении. Во главе этих движений стоят татарский и башкирский общественные центры.

Радик Сибагатов, доктор филологических наук, профессор.

Перевела с татарского Роза Кожевникова, Ж. Идель 90-х годов








Связанные темы и персоны