Календарь новостей
«    Май 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Лучшие комментарии
Обсуждаемое за месяц
Последние публикации
Ахмадинуров, бухло и ...

«Такой человек не может быть с нами»? Главный единоросс Башкирии попал в ...
  29.05.2020   18200    0

А может, и Уфу ...

Михаил Мишустин одобрил создание особой экономической зоны «Алга». Принято ...
  29.05.2020   24020    0

В Уфе установят памятник ...

В Уфе будет установлен памятник известному писателю Сергею Довлатову. Власти ...
  29.05.2020   34189    0

Башкирский... «Нельсон ...

В Самаре сегодня, 27 мая, начался судебный процесс над известным башкирским ...
  28.05.2020   28260    23

Вырвет прямо на костюм: ...

В Башкирии планируют на время поменять местами поваров школьных и чиновничьих ...
  28.05.2020   26200    5

Бахтияров: «В тоже время ...

Искандар Бахтияров — генеральный директор компании «Уфанет». Удивляюсь людской ...
  28.05.2020   39996    4

Аналоговнеты из ...

ТАСС отрапортовал, что Россия начала строительство первого стратегического ...
  28.05.2020   37705    25

Ответчик Путин ...

И жизнь, и смерть, и смех, и слёзы – всё есть в этой истории. Был такой ...
  28.05.2020   37889    8

Когда мэра Стерлитамака ...

Мэр Стерлитамака заявил, что в городе от коронавируса умерли 8 человек. ...
  27.05.2020   33697    18

Уголовник переобулся ...

Бывший глава Чувашии Михаил Игнатьев подал иск в Верховный суд —​ к Владимиру ...
  27.05.2020   11245    12

Читаемое за месяц
Архив публикаций
Май 2020 (96)
Апрель 2020 (157)
Март 2020 (105)
Февраль 2020 (81)
Январь 2020 (102)
Декабрь 2019 (101)


Вхождение народов Среднего Поволжья в российское правовое пространство

  • Опубликовано: Ирек | 14.05.2020
    Раздел: История | Просмотры: 27834 | Комментарии: 97
1


Вхождение народов Среднего Поволжья (и не только), в российское правовое пространство. Содержание ещё одного параграфа, предшествующего рассмотренному из книги: Ногманов А.И. Самодержавие и татары. Очерки истории законодательной политики второй половины XVI-XVIII веков. – Казань: Татар, кн. изд-во, 2005. – 215 с. – С. – 17-37.

Вхождение народов Среднего Поволжья в российское правовое пространство


И да, тоже без своих собственных комментариев к самому содержанию и этого параграграфа. Всё и без дполнительных комментариев и подчеркиваний текста очень интересно, важно, информативно. Спасибо автору книги.

§ 1. Вхождение в российское правовое пространство

Для исследователей, занимающихся изучением истории Среднего Поволжья, период после 1552 г. отмечен значительным увеличением числа русских письменных источников о регионе. В первую очередь за счет многочисленных актовых материалов. Их появление стало следствием вхождения Казанского ханства в состав Русского государства и распространения на бывшей его территории московской системы делопроизводства. До наших дней дошли сотни частноправовых документов (купчих, закладных, меновых и др. видов договоров на движимое и недвижимое имущество, деньги и несвободных людей), отражающих социально-экономические процессы, происходившие в крае в XVI —XVII вв. Меньше сохранилось публично-частных актов, представлявших собой различные формы соглашений верховной власти с отдельными лицами, группами лиц, монастырями и т.д. И уж совсем единичными образцами представлены законодательные акты – документы, которые устанавливают и формулируют правовые нормы, а не просто используют готовые, как другие виды актовых источников(1).

Поскольку именно законодательные акты определяли политику самодержавия в Среднем Поволжье, необходимо указать причины их малочисленности.

Отчасти это результат многочисленных пожаров XVII-XIX вв., когда вместе со зданиями органов государственного управления гибла накопленная десятилетиями документация. Особенно тяжелыми были последствия пожара 1701 г., во время которого полностью сгорело здание Приказа Казанского дворца вместе с его уникальным архивом. По словам С.Б.Веселовского, с гибелью материалов этого Приказа, управлявшего в финансовом, судебном и военном отношениях всем Поволжьем, «мы лишились почти всех источников для истории этой важной, особенно в XVII веке, территории»(2). Частные акты тоже горели, ветшали, портились вследствие условий хранения, терялись, уничтожались за ненадобностью и т.д. Но, помимо государственных хранилищ, они откладывались в монастырских, церковных архивах и библиотеках, фамильных и частных собраниях, в других местах. Такая дисперсность хранения помогала избегать массовых единовременных потерь.

Кроме того, законодательные акты не могли быть многочисленными изначально - в силу своего происхождения и назначения. Как правило, документы частноправового характера фиксировали повторяющиеся, рядовые явления, и следуя определенным канонам делопроизводства зачастую отличались друг от друга лишь именами контрагентов, объектом сделки и характером взятых сторонами обязательств. Публично-частные акты, представленные в основном пожалованиями властей феодальным собственникам, также имели устоявшуюся стандартизированную форму и были довольно многочисленны. В отличие от них законодательные акты являлись результатом «штучного» производства, нередко с чертами уникальности принятого решения. Сам характер документов был таков, что их введение в действие приводило к изменению прежних или установлению новых правовых норм. Естественно, это случалось не часто.

Не следует забывать и о такой специфической черте законодательных источников, как их особая привязанность к исторической действительности.

Количество актов, издаваемых законодательными органами, определялось текущими потребностями государства и общества в разные периоды. Как правило, по мере приближения к новому времени интенсивность законотворческой деятельности возрастала. По подсчетам Н.И.Павленко, в Полном собрании законов Российской империи в период с 1649 по 1799 гг. насчитывается 19709 указов, утвержденных докладов, регламентов и других видов законодательных документов. Из них на долю второй половины XVII в. приходится 1821 указ, т.е. в среднем 36 указов в год. Для сравнения, в первой половине следующего столетия в среднем ежегодно издавалось 160, а во второй половине XVIII в. – 198 указов(3).

Таким образом, малочисленность законодательных источников второй половины XVI-XVII вв. по истории Среднего Поволжья объясняется разного рода потерями, спецификой самих документов, а также невысокой «продуктивностью» работы законодательных органов. Особенно бедна подобными материалами вторая половина XVI столетия. Между тем именно в этот период в жизни народов края происходят значительные исторические перемены.

В 1550-е гг. в корне меняется политическая ситуация в регионе. Доминировавшие здесь татары теряют государственность и становятся на своих территориях подавляемым этносом. Русское правительство, до этого имевшее дело внутри государства со сравнительно небольшим количеством язычников, впервые в истории сталкивается с необходимостью выработки политики по отношению к мусульманским подданным. Возникает проблема включения их в общероссийское правовое поле. Чтобы понять, что это означало на практике, необходим небольшой экскурс в историю.

Каким было законодательство Русского государства в рассматриваемый период? Ответ на данный вопрос можно найти в трудах ученых, разрабатывавших проблемы истории русского права. Наиболее интересны в этом отношении работы конца XIX-начала XX вв. – перирда расцвета данной области знания в России. Дореволюционные исследователи в большинстве своем выделяли три этапа развития русского права: 1) «земский» (др. названия – «княжеский», «удельно-вечевой») – IX-XIII вв.; 2) «московский» – XIV-XVII вв.; 3) период империи, или «петербургский», – XVIII-XIX вв.(4). Эти периоды отличались друг от друга прежде всего по источникам права. М.Ф.Владимирский-Буданов, характеризуя особенности каждого, писал: «В первом господствует обычное право; во втором – обычай и закон в равной силе; в третьем господствует закон»(5).

Время завоевания Казанского ханства пришлось на «московский» период, отмеченный присутствием в нем двух источников права. Однако сосуществование это было своеобразным. «Формально, – указывал видный историк права А.Н.Филиппов, – закон, несомненно, господствует теперь над обычным народным правом; материально, т.е. по своему содержанию, он, однако, по большей части, лишь санкционирует в своих нормах то, что соответствует основным народным правовоззрениям, т.е. власть продолжает ту же работу возведения в закон народных юридических обычаев, которая началась в предыдущий период»(6).

Таким образом, несмотря на то, что в XVI в. установления верховной власти уже имели форму законов и даже были сведены воедино в Судебнике 1550 г., все правоотношения в Русском государстве по сути определялись нормами обычного права, характеризующегося следующими основными чертами:
Во-первых, для сообщения внешней обязательной силы ему придается религиозное значение, т.е. происхождение обязательных норм возводится к самому божеству (в данном случае – Иисусу Христу).

Во-вторых, обычное право обязательно несет в себе национальную окраску (считалось «прирожденным» известному племени или национальности, пример – «Русская правда»).

В-третьих, обычное право, как право, сохраняемое традицией, в высшей степени консервативно («Что старее, то правее» — говорит пословица)(7).

Подобная религиозно-этническая ориентация законодательства Русского государства противоречила правовым традициям народов Среднего Поволжья, прежде всего татар. Издавна приняв ислам, они восприняли и мусульманское право (шариат). Последний представляет собой не только право. Шариат – это «путь праведной жизни мусульманина». Он включает в себя и правовые, и моральные, и религиозные нормы. Они одинаково обязательны для «правоверного» и поэтому, в принципе, правовые и неправовые правила поведения не должны обособляться. Шариат настолько пронизывал все сферы жизни общества, что Коран и сунна стали основными источниками законотворчества в мусульманском мире, а законоведы, извлекавшие необходимые правовые нормы из священных книг, были одновременно и теологами(8).

Конфликт двух правовых систем, проявившийся после 1552 г., был продолжением в новых исторических условиях более чем векового противостояния Москвы и Казани. Они являлись столицами государственных образований, мало отличавшихся друг от друга по своему хозяйственному укладу, социально-политическому устройству, уровню экономического и культурного развития(9). Однако указанному качественному равенству не соответствовали идеологические традиции. Казанское ханство представляло собой государство классического исламского типа(10), где мусульманское духовенство обладало значительной политической властью, а главный сейид, считавшийся потомком пророка Мухаммада, был вторым после хана лицом в стране(11).

Единство светского и духовного в полной мере было свойственно и Русскому государству. Государственной власти здесь приписывались религиозные функции, национальные интересы и интересы православия отождествлялись. Более того, с XV в. на Руси бытовали представления о Москве как о новом центре вселенского православия, как о «третьем Риме», призванном сменить «второй Рим», т.е. Константинополь, погрязший в ересях и потому подпавший под власть иноверцев. Со временем мысль о вселенском значении Москвы становится обоснованием имперских притязаний русских правителей(12).

Объектом этих притязаний становятся татарские ханства – осколки Улуса Джучи, в первую очередь Казанское, как самое близкое и занимающее выгодное стратегическое положение. К мессианским идеям примешивалось и желание исторического реванша за более чем двухсотлетнее пребывание под властью золотоордынских ханов.

До определенного момента религиозный антагонизм между соседними государствами проявлялся в виде военных набегов, ущемления прав купцов-иноверцев, политических заявлений, подобных словам московского митрополита Даниила, провозгласившего в 1523 г., что «великий князь всю землю казанскую возьмет»(13), и т.д. На рубеже 1540-50-х гг. идеологическая борьба выливается в прямую агрессию со стороны Москвы. Наряду с реализацией стремления русских помещиков завладеть новыми плодородными землями («подрайской землицей») и желания купцов захватить торговый путь по Волге на Восток, военная победа над Казанью открывала простор для осуществления замыслов православного духовенства по обращению здешних «иноверцев» в «истинную» веру. Не случайно поход 1552 г. на Казань и завоевание города имели – во всяком случае, в изображении летописцев – форму крестового похода против ислама(14).

В таких условиях представляется логичным, что уже первые мероприятия властей на покоренной территории носили религиозную окраску, с очевидным ее антимусульманским оттенком. Спустя считанные месяцы после взятия Казани, 8 января 1553 г., в Москве состоялось крещение бывшего казанского хана Утямыш-Гирея, и в том же месяце другой бывший казанский хан Едигер (Ядыгар-Мухаммад) подал челобитную о крещении. Таким образом, создавались предпосылки для начала активной христианизации местного населения, поскольку в глазах последнего прежние «законные» властители ханства уже не могли служить знаменем борьбы за веру(15).

Следующим шагом русского правительства явилось основание в 1555 г. в Казани особой епархии во главе с архиепископом Гурием. Ее учреждение явилось одним из важнейших событий в цепи мероприятий, проводимых самодержавием по закреплению края за Русским государством и постепенному превращению Среднего Поволжья в часть «великой» России(16). Текст дошедшей до нас наказной памяти Гурию, данной ему в мае 1555 г. перед выездом из Москвы в Казань, дает представление о задачах, которые перед ним ставились, а также о характере его полномочий.

Задача крещения нерусского населения была главной целью его миссии. При этом особый акцент делался на обращение в православие татар. На характере документа, безусловно, сказалась общеполитическая ситуация в крае. Наказная память давалась в разгар так называемой «Казанской войны» 1552-1557 гг.(17). Поэтому, дабы не давать лишних поводов к возмущению, было велено воздержаться от насильственных методов проведения христианизации. Определялось крестить только тех татар, которые сами пожелают. Самых способных из них предписывалось обучать «христианскому закону», всячески оберегать и «привечать», вплоть до приглашения к архиепископскому столу. «А как новокрещены из под научения выдут, и архиепископу их звати к себе леты почасту, а пойти их у себя за столы квасы, а после стола посылати их пойти медом на загородный двор», – указывала память(18).

Среди нерусского населения намеренно распространялись иллюзии, что у архиепископа можно найти справедливость от произвола светских властей. Действительно, на это можно было рассчитывать. Но платой за такое «заступничество» было принятие крещения. Наказная память специально оговаривала, что в случае, если татарин в чем-либо провинился и «прибежал» к архиепископу, его следовало не выдавать воеводе, если он пожелает перейти в православие. По взаимной договоренности духовных и светских властей такие ситуации часто искусственно провоцировались. Светские власти путем различных ухищрений вынуждали провинившихся искать защиты у церкви. «Да держати архиепископу совет с наместником и воеводами: на которых татар будет у них опала невеликая, а похотят которых острастити казнию, а до казни не дойдут, и они 6 (воеводы) о тех сказывали архиепископу, и архиепископу тех от вины отпрашивати, хотя ему от них и челобитья не будет»(19) – такие наставления были даны Гурию в Москве.

Послание Митрополита Макария царю Ивану IV от 13 июля 1552 г.: «...с Божиею помощию и заступлением мужествене тебе, царю, царьски и добре стояти со всем христолюбивым воинством против супостат твоих, безбожных казанских татар, твоих изменников и отступников, иже всегда неповин-не проливающих кровь христианскую и оскверняющих и разоряющих святыя церкви... наипаче же подвизатися вам за свою святую и чистую нашу и пречестнейшую веру христианскую греческого закона, иже во всей поднебесной, якоже солнце сияше православие во области и державе вашего царьского отечества и дедства и прадедства великого твоего царьского благородия и господства...» // Акты исторические. СПб., 1841. – Т. 1. - № 160. – С. 291.

Содержание наказной памяти 1555 г. свидетельствует, что уже в первые годы утверждения самодержавия в Среднем Поволжье сложилась практика, согласно которой принятие крещения становится условием прощения или смягчения наказания для совершивших преступления мусульман и язычников.

Забегая вперед, отметим, что этот прием давления на нерусских подданных оставался в арсенале царского правительства и в последующие столетия.

Состав преступлений, за которые можно было рассчитывать на снисхождение, в разные годы менялся. Полномочия, данные архиепископу Гурию, были столь велики, что позволяли ему «отпрашивать» у наместника даже приговоренных к смертной казни. Кроме своих обязанностей духовного пастыря над «воеводами, детьми боярскими, новокрещенами», он имел право вмешиваться в дела местного управления. Наказная память предусматривала на этот счет следующее: «о которых делах царя и великого князя о думных учнут советовать наместник и воеводы, и архиепископу о тех делах с ними советовати и мысль своя во всякие дела им давати, окромя одних убийственных дел»(20). Как мы видим, роль православной церкви в Казанском крае не ограничивалась сферой духовных дел. Не случайно А.Д.Градовский отмечал, говоря о ее положении в системе государственного управления на местах, что там «центры духовного управления имеют... такое же, если не большее, значение, чем административные центры»(21).

Установления, содержащиеся в памяти архиепископу Гурию, дают представление о политике самодержавия в первые годы после падения Казанского ханства. Отстоящая на четыре десятилетия от этого документа грамота царя Федора Ивановича казанским воеводам И.М.Воротынскому и А.И.Вяземскому, датированная 18 июля 593 г.(22), уже позволяет подвести некоторые итоги миссионерской деятельности в регионе во второй половине XVI столетия. Главным из них стало образование в Казанском крае особой прослойки из числа нерусского населения, называемой в официальных документах «новокрещенами». Вместе с тем следует отметить, что подавляющая часть новокрещеных, приняв обряд крещения, не восприняла христианство как образ жизни. Реальную ситуацию в этой сфере рисует содержание челобитной казанского митрополита Гермогена царю Федору Ивановичу, являющейся составной частью грамоты.

В своем послании Гермоген с негодованием пишет о том, что «новокрещены... к церквам божиим не приходят, и крестов на себе не носят, и в домах своих божиих образов и крестов не держат, и попов в домы свои не призывают и отцов духовных не имеют, и к роженицам попов... не зовут... и детей своих не крестят... и умерших к церкви хоронити не носят, кладутся по старым своим татарским кладбищам; а женихи к невестам по татарскому обычаю приходят, а венчався у церкви и снова венчаются в своих домах попы татарскими; а во все посты, и в середы и в пятницы скором едят... да и многие де скверные татарские обычаи новокрещены держат безстыдно, а крестьянской веры не держат и не навыкают»(23).

Особое беспокойство казанского митрополита вызывало то, что на исходе XVI столетия ислам начал отвоевывать утраченные было позиции. Нагляднее всего это выражалось в возобновлении строительства мечетей, в том числе в самой Казани. «Да прежде сего, – говорится в тексте грамоты, – от казанского взятья в сорок лет, не бывали в Татарской слободе мечети, а ныне де учали мечети ставити близко посаду, всего как из лука стрелить»(24).

Делалось это, по мнению Гермогена, при прямом попустительстве казанских воевод. Их он обвинял в забвении указов Ивана Грозного и самого Федора Ивановича, запрещавших подобное строительство(25). В челобитной нет ссылок на какие-либо конкретные законодательные акты. Однако то, что подобные запреты имели место, не вызывает сомнения. Даже если, как явствует из содержания наказной памяти 1555 г., христианизация в идеале должна была проводиться на добровольной основе, вряд ли самодержавие и церковь могли позволить свободное развитие враждебной им идеологии.

Мечети же, как центры духовной оппозиции, имеющие материальное воплощение, были наиболее уязвимы для преследований властей.

Интересна распорядительная часть грамоты. Не столько часто цитируемым в литературе приказом воеводам - «и вы б мечети татарские все велели посметати, вперед татарам мечети однолично ставити не велели... »(26), сколько содержащимися здесь же распоряжениями относительно новокрещеных.

Казанским воеводам предписывалось - «в Казанском уезде и в пригородах переписать всех новокрещен с женами и детьми и с людьми», перевести их всех в Казань и велеть строить себе «дворы» в специально отведенной для их жительства слободе «меж русских людей, а татар бы близко не было»(27). Переселение происходило с применением насилия. Не желающих покидать насиженные места «велели давать на поруки, а иных и в тюрьму сажали, и дворы им в слободе однолично всем ставити велели»(28). Особое внимание обращалось на соблюдение новокрещеными христианской обрядности. Неисполнение обрядов и поучений «духовных отцов» оборачивалось репрессиями со стороны светских властей, которым предписывалось таких «смиряти, в тюрьму сажати, и бити, и в железа и в чепи сажати»(29).

Подобные меры в отношении новообретенных «братьев по вере» свидетельствуют о неэффективности попыток распространения православия в Казанском крае. Ислам продолжал жить и использовал малейшую возможность для восстановления утраченных позиций. Обратившиеся в христианство татары не выполняли его обрядов. Да и численность их, надо полагать, была незначительна, если новокрещеных со всего Казанского уезда и других мест предполагалось поселить в одной слободе, под бдительным оком светских и духовных властей. Таким образом, есть основания утверждать, что к концу XVI столетия основной заботой правительства и церкви в Среднем Поволжье было не дальнейшее распространение христианства, а стремление удержать в православной вере ранее крещеных представителей нерусских народов.

Анализ приведенных документов указывает также на неравномерность развития христианизации. Методы и средства ее проведения менялись в зависимости от особенностей исторической эпохи и социальной среды, которой прививалось православие(30). Пик антимусульманской активности в крае совпал с первыми годами русской колонизации, когда повсеместно разрушались мечети, разгонялись муллы. Добившись в этом ощутимых результатов, самодержавие сочло возможным с 1555 г. перейти к более взвешенным и организованным формам миссионерской деятельности. Однако как только ислам начал поднимать голову, сразу последовало указание «все мечети посметати». Подобная «цикличность», чередование периодов жесткого давления на ислам с периодами относительно толерантной политики, была характерна для государственно–исламских отношений и в XVII-XVIII вв.

Не вызывает сомнения тот факт, что успех миссионерской деятельности во многом определялся личными качествами и энергией стоящих во главе ее людей, а также характером взаимодействия духовных властей со светской администрацией. Уже во второй половине XVI в. установилась прямая зависимость между результатами христианизации и степенью участия в этом процессе государства. Увеличение количества крещеных в те или иные периоды практически всегда являлось следствием прямой поддержки со стороны светской администрации. И, наоборот, без государственной поддержки результаты миссионерской деятельности, как правило, оказывались плачевными. Не случайно Гермоген обвинял воевод И.М.Воротынского и А.И.Вяземского в «недосмотре» со строительством мечетей.

Насаждение православия «сверху» было лишь частью работы по ослаблению позиций ислама в крае. Причем частью видимой. Были и другие пути достижения цели, более завуалированные и рассчитанные на более отдаленные по времени результаты. Так уже в 1550-х гг. начался процесс переселения на вновь завоеванные территории русских служилых и других «охочих» людей, поощрялась крестьянская колонизация в Среднее Поволжье из густо населенных районов внутренней России. Это, с одной стороны, укрепляло позиции местной русской администрации. С другой – способствовало реализации планов правительства, предполагавших постепенную ассимиляцию покоренных народов, растворение их в массе пришлого русского населения. Недаром в грамоте 1593 г. воеводам предписывалось следить, чтобы «сами б новокрещены женились и детей своих женили у русских людей и меж собой на крещеных, и дочери свои давали за русских же людей и за новокрещенов»(31).

Кроме того, правительство принимало меры к привлечению на царскую службу высших и средних слоев татарской феодальной знати. Именно эта часть татарского общества являлась носителем традиций государственности и, соответственно, являлась потенциально опасной для Москвы. Наиболее активные и деятельные ее представители были уничтожены в ходе походов Ивана Грозного и «Казанской войны» 1552-1557 гг. Остальные постепенно пополнили ряды так называемых «служилых татар» – особой категории нерусского населения, созданной в середине XV в. московскими князьями для борьбы с Казанским ханством. Они получили права, сходные с правами русского служилого класса, «наделяемы были поместьями и вотчинами... на основаниях совершенно одинаковых с дворянами и детьми боярскими»(32), жаловались «бортными ухожеями» и «бобровыми гонами», владели перевозами, кабаками и т.д.(33).

Наделение татарской феодальной верхушки земельными и другими пожалованиями дало самодержавию возможность контролировать и манипулировать ею. Возвышая служилых татар над другими группами населения Казанского края, правительство решало двуединую задачу. Во-первых, создавало социальную прослойку, которая стала бы ее верным оплотом в хозяйственном и военном отношениях. Во-вторых, подготавливало условия для религиозной и этнической ассимиляции татарской знати. Если документы первых десятилетий после присоединения Казанского ханства указывают, что вероисповедание не играло существенной роли при определении земельных пожалований и других привилегий(34), то с течением времени ситуация меняется. Чем прочнее становилась связь татарского феодальнего класса с русским служилым сословием, чем больше он попадал в зависимость от государства, тем яснее проявлялось стремление последнего связать материальное и социальное положение служилых татар с их религиозной принадлежностью.

Кроме названных, существовала еще одна, глубоко завуалированная, цель привлечения служилых татар на службу. По свидетельству Р.Н.Степанова, «в XVI столетии не было ни одного военного похода московского правительства против ливонцев, литовцев, крымских татар, где бы не участвовали многочисленные татарские конные отряды»(35). Выставляемые в качестве заслонов, используемые в разведывательных операциях, они, безусловно, были обречены нести тяжелые потери. Таким образом, проводилась линия на скрытое физическое истребление мужского татарского населения.

После издания указа 1593 г. центральная власть долгое время не проявляла видимой религиозной активности в Среднем Поволжье. Этому препятствовала общая ситуация в России в конце XVI-начале XVII вв. Бурный период правления Ивана Грозного подорвал социально–экономическое положение страны, в первую очередь ее внутренних районов. Последующие десятилетия усугубили состояние дел до такой степени, что была поставлена под сомнение сама российская государственность. Неурожаи и вызванный ими многолетний голод, восстание под руководством Ивана Болотникова, «смута», «самозванцы», польская и шведская интервенция вызвали невиданный ранее кризис власти и общества, из которого Российское государство выходило долго и мучительно. Естественно, в этот период московским правящим кругам было не до нерусских народов, проживавших на окраинных территориях.

Указ 1615 г.: «... Которыми (землями) иные (татары) посяместо (завладели), у тех не отнимать; а вперед детей боярских поместных земель татарам не давать, а татарских земель детем боярским не давать. А у которых татар и у мордвы русских же людей поместные земли, а платят с них государевы оброки, и о том приговорили бояре: которые поселились, и на тех положить тягло; а которые на оброке, а владеют наездом, и те велено в поместья отдавать» // Законодательные акты Русского государства второй половины XVI- первой половины XVII века. Л., 1986. № 78. С. 85.

Между тем татары, особенно служилые, представлявшие значительную воинскую силу(36), были на виду на протяжении всего «смутного» времени(37). Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что Лжедмитрий II был убит в 1610 г. в Калуге не кем иным, как принявшим православие татарским князем Петром Урусовым(38). К этому же периоду относятся единственные в XVII в. примеры участия татар в принятии законодательных решений. Их представители поставили свои подписи под «приговором» Земского собора 30 июня 1611 г., определившего государственное устройство и политические порядки в стране в период иностранной интервенции, а также под решением собора 1613 г., избравшего на престол Михаила Романова(39).

Во время событий начала XVII в. татарские феодалы значительно пополнили свои земельные владения. Делалось это как за счет пожалований за службу от официальных властей, так и за счет самовольного захвата пустующих земель, принадлежавших ранее русским помещикам. Подобная практика, видимо, получила широкое распространение, поскольку в 1615 г. правительство было вынуждено специальным указом узаконить приобретения татарского служилого класса(40). Впрочем, точно так же получили правовое обоснование и земельные захваты русских помещиков(41). Приобрели законную силу даже земельные пожалования, дарованные «самозванцами». Делалось это в целях сохранения стабильности российского общества, консолидации господствующего класса страны.

Продолжение далее.







  • Изображение
  • Участник
  • 1 | 14.05.2020, 09:54 | Автор: Дед
    Публикации: 1 | Комментарии: 4904 | Рейтинг: -743,9
Когда это записки из желтого дома (гаража) закончатся?



8

  • Изображение
  • Гость
  • 2 | 14.05.2020, 09:58 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
Ирик Урусовы происходят от ногайцев. Сююнбике казанская царица выданная русскому царю тоже ногайка.



4

  • Изображение
  • Гость
  • 3 | 14.05.2020, 10:20 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
Это кто нибудь читает? Как физику можно такие ВЕЩИ писать?



4

  • Изображение
  • Гость
  • 4 | 14.05.2020, 10:32 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
Вхождение народов Среднего Поволжья в российское правовое пространство
==================================
Особенно "порадовало" что продолжение следует!!!!
Жду с "нетерпением"!!!!

Хочу поинтересоваться: А когда начнется публикование Большой Советской Инциклопедии?



2

  • Изображение
  • Гость
  • 5 | 14.05.2020, 10:33 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
1 | 14.05.2020, 09:54 | Автор: Дед
Публикации: 1 | Комментарии: 4884 | Рейтинг: -742,9------------на сайте админ вывесил кучу статей , но ты упорно суешь свой нос к тем что связанно с татарами и Иреком . У тебя уже паранойя дед плюс бессонница .



1

  • Изображение
  • Участник
  • 6 | 14.05.2020, 10:38 | Автор: Ирек
    Публикации: 116 | Комментарии: 10297 | Рейтинг: -813,5
Я знаю, что из ногайских татар. Из них же Юсуповы. В казанских царях, ханах были и из Крыма, а основатель Казанского ханства Улу-Мухаммед, бывший хан Золотой орды. Имя его сына положило начало Касимовскому ханству, а из этого ханства пошло звание мещеряки.
Татарский мир очень сложен, и с ПТУшными мозгами понять это весьма не просто. А в тех текстах что я начал представлять, казано, что и взаимодействие русского государства с татарами после их завоевания, так и татар с этим государством было весьма сложным, весьма сложным. И не зря всё более говорят, что в основе Росиийской государственности стоят два народа, и наряду собственно с русскими, большой и значимый вклад татар.



4

  • Изображение
  • Гость
  • 7 | 14.05.2020, 10:44 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
Я знаю, что из ногайских татар. Из них же Юсуповы. В казанских царях, ханах были и из Крыма, а основатель Казанского ханства Улу-Мухаммед, бывший хан Золотой орды.
---------------------------
Ирик, не из ногайских татар, а из ногайцев. Улу-Муххамед никогда не был ханом Золотой орды, а бежал из Крыма. В казанских царях всегда были назначенцы или из Москвы или из Крыма, или из Астрахани или от ногайцев.
Татары как национальность начали образовываться в середине 19 века. А те, кого ты называешь татарами, это тюркоязычные народы.



3

  • Изображение
  • Гость
  • 8 | 14.05.2020, 10:57 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
Еще ногайские татары? Еще какие? Барыбинские, чулымские, башкирские, литовские, ногайские, крымские, сибирские. Может хватит всех тюркоязычных в татары записывать?



3

  • Изображение
  • Участник
  • 9 | 14.05.2020, 11:17 | Автор: Ирек
    Публикации: 116 | Комментарии: 10297 | Рейтинг: -813,5
3 | 14.05.2020, 10:20 | Автор: Не зарегистрирован
Это кто нибудь читает?
++++++++++++++++++
Читают, у кого есть чем понимать. Тебе же аняням нечем осваивать читаемое, да и больше 10 предложений ты редко когда читал. И да, мои же личные тексты тоже читают, и даже публикуют. У меня только со временем было очень плохо, для подоготовки к публикации своих работ. А сейчас я на самоизоляции, по 10-12 часов, а то и более, я за своим компами, готовлю большую работу к предстоящей, а пока отложенной переписи.

Как физику можно такие ВЕЩИ писать?
+++++++++++++++++++++++++++++++
физтех, выпускник Физтеха (МФТИ) может многое. А примеров, когда физики и математики (Фоменков нафик) многие важный работы наработали в гуманитарных науках премного. Вот только про ПТУшников, как ты аняням, в этом я никого не знаю.

И как бы к слову, много новых направлений открыли на нашем Физтехе, пока только исторического направления нет. Тем не менее, физтехи уже бывало, что обращались к изыскам в истории. Вот например, правда тоже альтернативщика, книга выпускника МФТИ 1990 года Поляковского В.Т.: "Татаро-монголы. Евразия, Многовариантность. Москва, 2002. -231.".



2

  • Изображение
  • Гость
  • 10 | 14.05.2020, 11:26 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
При штурме Казани особенно отличились Ногайцы и Астраханцы, так что на религиозную войну это мало походит. Среди русского дворянства 70% было людей тюрского происхождения, а Симеон Бекбулатович занимал равную с царём должность. Так что страна развивалась по имперским законам. А вот термин "казанская сирота" стал притчей во языцах.



2

  • Изображение
  • Участник
  • 11 | 14.05.2020, 11:40 | Автор: Ирек
    Публикации: 116 | Комментарии: 10297 | Рейтинг: -813,5
Улу-Муххамед никогда не был ханом Золотой орды, а бежал из Крыма.
+++++++++++++++++++++++++++
Попробуй напрячь свою жидкую подкепку, и освоить биографию Улу-Мухаммеда. А бежал он, смещенный Кичи-Мухамедом. Зато как под Белевым шорох большой одному русскому князю учинил, это достойно вписано в анналы истории.

В казанских царях всегда были назначенцы или из Москвы или из Крыма, или из Астрахани или от ногайцев.
+++++++++++++++++++++++++++
В казанских ханах были только чингизиды, и они не назначались, а на ханство приглашались, или принимали бразды правления от ханов предшествующих, тоже только благодаря своему высокому статусу чингизидаов Да, был назначенец Москвы ,касимовский хан Шиг Алей, так и он был чингизид, но его службанца Вани Грозного казанские татары выкидывали из Казани, а он пёрся, и пёрся, и далее даже помогал будущему русскому царю Казань завоёвывать. К слову замечу, всё же этот Шигалейка,. помогал Ване и Литву шатать, и Нижний Новгород брать. А вот казанские татары, даже Нижнему Новгороду помогали стояити против Московии.

И да, землячок, ранее при Казанском, Сибирском ханствах и Ногайской орде какие правители управляли многочисленными и мало связанными меж собой башкирскими родами и племенами?



2

  • Изображение
  • Гость
  • 12 | 14.05.2020, 11:50 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
Попробуй напрячь свою жидкую подкепку, и освоить биографию Улу-Мухаммеда. А бежал он, смещенный Кичи-Мухамедом. Зато как под Белевым шорох большой одному русскому князю учинил, это достойно вписано в анналы истории.
--------------------------------
Он бежал не с должности хана Золотой орды, а проиграв войну за трон крымского хана. Что под Белевым? Толпа бездарей переругалась между собой вот и все. А вот ответку получил крымский хан под Молодях. Вдребезги, с разорваной задницей бежали до крыма. Мало кто добежал, единицы.
А в казани всегда сидели назначенцы. То с Москвы, то с Крыма, то ногаи назначали. Правда крымчаки выдали ногайку Сююмбике русскому царю, а сами попытались сбежать. Но русский Иван был непрост, послал небольшой отряд вдогонку за крымскими трУсами, их поймали, но посчитали ненужным вести обратно и порешили прямо на месте.



2

  • Изображение
  • Участник
  • 13 | 14.05.2020, 11:50 | Автор: Ирек
    Публикации: 116 | Комментарии: 10297 | Рейтинг: -813,5
9 | 14.05.2020, 11:26 | Автор: Не зарегистрирован

При штурме Казани особенно отличились Ногайцы и Астраханцы, так что на религиозную войну это мало походит.
++++++++++++++++++++++++++++++
Ой, не кажи, не кажи.

Среди русского дворянства 70% было людей тюрского происхождения, а Симеон Бекбулатович занимал равную с царём должность. Так что страна развивалась по имперским законам. А вот термин "казанская сирота" стал притчей во языцах.
++++++++++++++++++++++++++++++
А может объяснишь эту притчу во языцах?



так что на религиозную войну это мало походит.
++++++++++++++++++++++++++++++
Она началась уже после взятия Казани:
«Завершением покорения Казани», согласно историку С.М. Соловьеву, было отправление весной 1555 года миссии вновь назначенного архиепископа.
==================================
Есть вопрос, а куда во множестве подевались литературные и иные письменные источники татар Казанского ханства, имевших многовековую традицию письменности, и даже задолго до истории прежней своей государ-ственности, Волжско-Камская Булгария, но первыми встретившимися с хри-стианскими, уже в православной интерпретации, цивилизаторами. Говорят, пишут, что утеряна громадная библиотека Ивана Грозного, и что, она может даже была утеряна в том походе по «присоединению» Казанского ханства, и, наверное, потому, её искали и в Казани. Возможно, этот русский князь, бу-дущий царь Иван IV очень любил читать и возил с собой эту библиотеку да-же в своих походах. Однако сомнительно, что именно в том походе будуще-му царю было время читать, но обогатить свою библиотеку в Казани он вполне мог. Вероятно, что, и некоторыми важными документами повержен-ного государства он мог пополнить свой внушительный архив, также вместе с библиотекой, ставший пресловутой иголкой в стоге сена. Как бы к слову заметим, пишут же, что этот, ещё тогда только князь Иван, знал и татарский язык. Ещё говорят, пишут, что многое сгорело при взятии Казани, однако как же быть со знаменитой фразой «рукописи не горят». Кроме того ведь была не только Казань, а были и другие города, поселения, да, и мечетей хранитель-ниц культуры народа, и в частности письменной, было во множестве на та-тарской земле, пока их не пометали.
Может утверждения об утерях, служат лишь ширмой, отчасти сокры-тия, а более, всё же варварского уничтожения письменных литературных и религиозных памятников, и исторических документов Казанского ханства, которых определенно и однозначно не могло не быть. К тому же если учесть, сколько было уничтожено великолепных мусульманских храмов в соответствии с указом «все мечети пометать и в конец их извести». Торжество же пра-вославной церкви по взятию Казани было неописуемым, особенно если учесть, что значительную часть земель казанских получили «архиепископ, церкви и монастыри». «Завершением покорения Казани», согласно историку С.М. Соловьеву, было отправление весной 1555 года миссии вновь назначен-ного архиепископа. Думается, что как раз именно эти покорители особо мно-гое подчистили. Здесь надо оговорться за свои слова о сокрытии. И.Я. Стел-лецкий, автор книги: «Поиски библиотеки Ивана Грозного. – (Загадки Рос-сийской истории). – М.: Сампо, 1999. – 400 с.», посвятивший многие лета по-иску этого артефакта, был и покинул сей мир в твёрдом убеждении, что оно не исчезло бесследно, а хранится в тайниках Московского Кремля.
Вместе с тем, ведь получается так, что по аналогии с Киевской Русью в версии телепередачи, практически вся история Казанского ханства и его от-ношений с соседним государством, выстроена на источниках этого соседнего государства. Правда и источниками этими в основном являются не строгие государственные документы, а летописи, писанные попами подвластными верховным попам и другим властям этого государства, имевшим свои определенные цели по отношению к Казани, к Казанскому ханству. Такая история не может быть объективной, по определению. Даже в истории войны с Гер-манией, ссылаются, хотя и выборочно, на немецкие источники, а вот в исто-рии Казанского ханства, татарских источников практически нет. С ярлыком Сахиб-Гирея носятся как с писаной торбой, а ведь, по сути, это простой указ хана, возможно и очень важный. Однако мало кто при этом вспоминает, что этот ярлык важнейшее свидетельство о сохранившейся письменности у та-тар, даже при становлении их казанскими, и привычке их к писанию документов.



2

  • Изображение
  • Гость
  • 14 | 14.05.2020, 11:52 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
И да, землячок, ранее при Казанском, Сибирском ханствах и Ногайской орде какие правители управляли многочисленными и мало связанными меж собой башкирскими родами и племенами?
--------------------------------
Башкиры сами собой и управляли. Может какой то ясак платили, воинов могли предоставить. В казани например своих воинов почти не было, они постоянно просили воинов у Крыма, Астрахани, ногайцев, башкир.



2

  • Изображение
  • Гость
  • 15 | 14.05.2020, 11:54 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
Есть вопрос, а куда во множестве подевались литературные и иные письменные источники татар Казанского ханства
---------------------------------
Действительно куда потерялись. Их никогда не было а они еще и потерялись. Бяда.



2

  • Изображение
  • Гость
  • 16 | 14.05.2020, 11:56 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
По свидетельству Р.Н.Степанова, «в XVI столетии не было ни одного военного похода московского правительства против ливонцев, литовцев, крымских татар, где бы не участвовали многочисленные татарские конные отряды»(35). Выставляемые в качестве заслонов, используемые в разведывательных операциях
----------------------------
А можно огласить поименно список военачальников вышеуказанных многочисленных конных отрядов-ниндзей? .



4

  • Изображение
  • Гость
  • 17 | 14.05.2020, 11:57 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
3 | 14.05.2020, 10:20 | Автор: Не зарегистрирован
Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
Это кто нибудь читает? Как физику можно такие ВЕЩИ писать?
===========================
Да уж кому физика не по зубам те сказки(истории) сочиняют, история это кто что придумает, а физика наука



3

  • Изображение
  • Гость
  • 18 | 14.05.2020, 12:06 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
Когда Петр I в 1718 году издал Указ о закладке в Казани верфи по строительству кораблей для Каспийского флота, все последовавшие за ним тяготы и лишения легли на плечи, в первую очередь, татарских крестьян.
Столетние дубы и сосны, пригодные для строительства кораблей, иногда приходилось заготовлять в лесах, расположенных за десятки верст, и сплавлять по рекам до Казани. Татарских крестьян, прикрепленных к Казанскому адмиралтейству, чаще всех употребляли именно на этих тяжелейших работах. В лесозаготовители, прозванных позже "лашманами", отправляли мужчин от 15 до 60 лет. Они вынуждены были работать в лесах безвыездно в течение или целого года, или полугода. При наборе в лашманы на полгода из 9 крестьян брали одного пешего и одного лошадного, при наборе на год - из 25 крестьян одного лошадного и двух пеших. За крещеных односельчан эту повинность выполняли некрещеные крестьяне (С. Алишев).
Когда же в 1740-1750 годах почти все черемисы, чуваши, мордва, удмурты приняли христианство, то лашманская повинность уже полностью досталась татарским крестьянам.
Когда из-за лашманства отсутствовал глава семьи, то его хозяйство приходило в запустение. Крестьяне, уезжая на лесозаготовки, не могли сеять хлеб, заготовлять сено и дрова. Несмотря на такие лишения, царская администрация не освобождала лашманов от ежегодных подушных налогов. Да и за адский труд в лесах, за мучения крестьян в холодных шалашах и землянках правительство не платило ни одной копейки денег.
Только начиная с 1757 года (и то под влиянием восстания под руководством Батырши) ввели смехотворную плату: лошадному крестьянину зимой - 8, летом 10 копеек, а пешему 5 копеек за день, несмотря на времена года (Г. Губайдуллин).
И никто не учитывал то, что лашман-крестьянин вынужден был привозить с собой на лесозаготовки как инструмент, одежду и продукты для себя, так и фураж и амуницию для лошади. А какие муки и тяготы переносил крестьянин на лесозаготовках - это не поддается описанию. Под бревнами или от холода лашманы в лесах погибали сотнями. Цитату из книги Н. Калинина "Прошлое крестьян нашего края" необходимо воспринимать именно как истину: "Много калечились татары во время лашманских работ. Среди десяти человек восемь всегда становились инвалидами. Они тратили в три раза больше денег на заготовку леса, чем получали от казны за работу".



0

  • Изображение
  • Гость
  • 19 | 14.05.2020, 12:07 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
В казанских ханах были только чингизиды
---------------------------------
Юрик это только еще раз доказывает, что казанское царство не было татарским. Или ты сейчас нам хочешь сказать, что Чингиз хан был татариным? Ты тоже из этих которые Чингиз хана к себе примеряют?



2

  • Изображение
  • Гость
  • 20 | 14.05.2020, 12:09 | Автор: Не зарегистрирован
    Публикации: 0 | Комментарии: 0 | Рейтинг: 0
Когда Петр I в 1718 году издал Указ о закладке в Казани верфи по строительству кораблей для Каспийского флота, все последовавшие за ним тяготы и лишения легли на плечи, в первую очередь, татарских крестьян.
Столетние дубы и сосны, пригодные для строительства кораблей, иногда приходилось заготовлять в лесах, расположенных за десятки верст, и сплавлять по рекам до Казани. Татарских крестьян, прикрепленных к Казанскому адмиралтейству, чаще всех употребляли именно на этих тяжелейших работах. В лесозаготовители, прозванных позже "лашманами", отправляли мужчин от 15 до 60 лет. Они вынуждены были работать в лесах безвыездно в течение или целого года, или полугода. При наборе в лашманы на полгода из 9 крестьян брали одного пешего и одного лошадного, при наборе на год - из 25 крестьян одного лошадного и двух пеших. За крещеных односельчан эту повинность выполняли некрещеные крестьяне (С. Алишев).
Когда же в 1740-1750 годах почти все черемисы, чуваши, мордва, удмурты приняли христианство, то лашманская повинность уже полностью досталась татарским крестьянам.
Когда из-за лашманства отсутствовал глава семьи, то его хозяйство приходило в запустение. Крестьяне, уезжая на лесозаготовки, не могли сеять хлеб, заготовлять сено и дрова. Несмотря на такие лишения, царская администрация не освобождала лашманов от ежегодных подушных налогов. Да и за адский труд в лесах, за мучения крестьян в холодных шалашах и землянках правительство не платило ни одной копейки денег.
Только начиная с 1757 года (и то под влиянием восстания под руководством Батырши) ввели смехотворную плату: лошадному крестьянину зимой - 8, летом 10 копеек, а пешему 5 копеек за день, несмотря на времена года (Г. Губайдуллин).
И никто не учитывал то, что лашман-крестьянин вынужден был привозить с собой на лесозаготовки как инструмент, одежду и продукты для себя, так и фураж и амуницию для лошади. А какие муки и тяготы переносил крестьянин на лесозаготовках - это не поддается описанию. Под бревнами или от холода лашманы в лесах погибали сотнями. Цитату из книги Н. Калинина "Прошлое крестьян нашего края" необходимо воспринимать именно как истину: "Много калечились татары во время лашманских работ. Среди десяти человек восемь всегда становились инвалидами. Они тратили в три раза больше денег на заготовку леса, чем получали от казны за работу".



0