Рейтинг публикаций
Лучшие комментарии дня
Календарь новостей
«    Июнь 2024    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
Лучшие комментарии недели
Лучшие комментарии месяца
Обсуждаемое за неделю
Обсуждаемое за месяц
Последние публикации
Сам уже в окопе, старый ...

Спикера Курултая Башкирии возмутило отсутствие очередей из желающих пойти на ...
  29.03.2023   39798    3123

Зря карлик ползал на ...

Главные заявления Владимира Путина и Си Цзиньпина по итогам переговоров в ...
  21.03.2023   23769    73

Военный преступник. ...

Международный уголовный суд (МУС), расположенный в Гааге, выдал ордер на арест ...
  17.03.2023   12625    69

Молодежь в гробу видала ...

Глава ВЦИОМ пожаловался, что новое поколение российской молодёжи ставит личное ...
  16.03.2023   43271    32

Пыня пошутил над холопами ...

Путин призвал судей защищать права и свободы россиян. Путин назвал эффективную ...
  14.02.2023   14572    273

Борьба дерьма с мочой ...

Сообщают о неком циркулярном письме министерства обороны, которое предложило ...
  12.02.2023   17787    22

Ублюдочный путинизм в ...

Министерство юстиции России включило в реестр иностранных агентов певицу ...
  11.02.2023   25150    33

Фильм о преступлениях ...

В декабре 2003 года в Башкирии совпали выборы в Госдуму и выборы президента ...
  15.01.2023   27411    252

Утилизация холопов, ...

Путин назвал положительной динамику военной спецоперации на Украине. Президент ...
  15.01.2023   27593    8

Подох этот, подохнет и ...

Сегодня, 11 января, так и не дожив до суда, скончался Муртаза Рахимов. Ему было ...
  12.01.2023   29798    80

Читаемое за месяц
Архив публикаций
Март 2023 (4)
Февраль 2023 (3)
Январь 2023 (5)
Декабрь 2022 (4)
Ноябрь 2022 (3)
Октябрь 2022 (1)

Как американцы строили советский ВПК

  • Опубликовано: Егерь | 23.05.2013
    Раздел: История | Просмотры: 21532 | Комментарии: 11
0



Мне часто доводится слышать, как топ-менеджеры компаний и государственные деятели всерьез рассуждают о «советской модели управления», «советском менеджменте», «советских управленческих ноу-хау». Иногда в советском опыте ищут утерянные секреты успеха, а чаще критикуют.

Как американцы строили советский ВПК


Я же не красный директор, тоскующий по прошедшим временам, да и не был им никогда. Но меня такая критика всегда удивляет. Ведь что значит «советская модель управления»? Неужели речь идет о какой-то особенной, уникальной системе управления, которую придумали дети рабочих и крестьян, забыв об управленческих традициях предыдущих шести тысяч лет? Нет, советские управленцы не просто жили и руководили по канонам, придуманным еще до них, они напрямую импортировали модели менеджмента со всего мира.
Как американцы строили советский ВПК

Чтобы понять, каковы истинные корни системы управления, сложившейся в СССР, достаточно посмотреть на истоки советской промышленности. Советская индустриальная программа была мощнейшей в истории. Благодаря ей СССР смог выпускать конкурентоспособные продукты мирового уровня, например «Миг-15» — первый скоростной истребитель в мире, который позволил выиграть воздушную войну с США в небе над Кореей.

Но с чего начиналась эта программа? С того, что советские власти наладили сотрудничество с немецкими компаниями (концерн Круппа, Junkers и другие), которые в 1920-е годы построили в России несколько заводов по выпуску самолетов, оружия и боеприпасов. На рубеже 1930-х СССР поручил американскому архитектору Альберту Кану сконструировать Сталинградский тракторный завод и Челябинский тракторно-танковый завод. С этого и началась великая индустриализация: фирму Кана, как пишет историк Марк Меерович, наняли в качестве главного проектировщика и консультанта по промышленному строительству.

В 1930 году в Москву переехала команда из нескольких десятков сотрудников Кана. Они стали ядром организации Госпроектстрой, благодаря которой и была создана школа промышленного проектирования в СССР. Американские и наши специалисты вместе спроектировали больше пятисот крупных предприятий, в том числе основу советского ВПК — танковые и самолетостроительные заводы. Проектами занималась, конечно, не только фирма Кана, а и другие европейские и американские компании — например, Ford.

Не стоит думать, будто гениальный менеджер Сталин изобрел уникальную методологию прорыва. СССР удалось совершить столь колоссальный промышленный скачок именно потому, что ввозились готовые решения, многократно апробированные. И они стоили советской экономике дорого — миллиарды долларов (в тогдашних, не в сегодняшних деньгах).

Практически вся наша промышленность изначально была импортирована, причем иногда в прямом смысле слова:

Сталинградский тракторный завод построили в Америке, разобрали, привезли в СССР и снова собрали. Импорт длился десятилетиями: прямо перед Второй мировой войной СССР получил технологии Skoda, а после войны — разработки и заводы из Германии, включая авиационную и ракетную технику и разное оборудование из других европейских стран и США. И потом на этой прочной базе промышленность была развита и многократно усилена поколениями уже советских конструкторов и инженеров.

Берем курс на MIT

Невозможно импортировать завод без процессов, без методологии, без обучения людей — иначе говоря, без системы управления. Вместе с производственными технологиями импортировались и гуманитарные. Само устройство заводов, строившихся по контрактам с западными фирмами, задавало главные принципы управления производством. В рамках этих контрактов масса советских специалистов проходила интенсивное обучение. И западные принципы подготовки кадров были воссозданы в нашей национальной системе образования.

Я нисколько не стремлюсь принизить уровень советского образования — в элитных вузах оно было блестящим. И все же оно во многом скопировано с системы технического образования развитых западных стран. В России, аграрной стране, такой системы просто не было. И вдруг она появилась: технический вуз, техникум, училище. В училище готовят рабочих, в техникуме — мастеров, в вузе — инженеров и менеджеров.

Моделью для нашей Бауманки стал MIT — технический супервуз, служащий центром изобретательской активности.

У советских физматшкол тоже был американский аналог — углубленные спецклассы advanced placement (между прочим, инициированные и поддержанные Фондом Форда). Курс теоретической физики Ландау — Лифшица был вполне на уровне фундаментальных курсов из Беркли, хотя и сами курсы из Беркли в СССР издавались и желающим были доступны, как и фейнмановские лекции по физике.
Миллионеры и Герои Труда

В свою очередь, решения американских и европейских фирм смогли прижиться на российской почве потому, что системы управления в основе своей не имеют никакой национальной специфики. В одной стране управленческая мысль может быть развита сильнее, в другой слабее. Но движется она обычно в одном направлении. Поэтому так легко смогли в СССР импортировать тейлоризм, достигший тогда расцвета в США. И странно слышать сегодня, когда наши инженеры изучают японские методики бережливого производства и с удивлением восклицают: а ведь у нас были те же лозунги! Чему же удивляться? Мы забыли, где именно позаимствовали эти лозунги и методики (и откуда их позаимствовали, а потом и развили сами японцы).

Основой советской массовой производственной системы был фордовский конвейер. И многие элементы управления в этой системе, которые мы считаем исконно советскими, на деле восходят именно к конвейеру. Например, социалистические соревнования — это типичный метод стимулирования эпохи массового промышленного производства. Советские чиновники назвали их социалистическими, но суть соревнований совсем не была социалистической: эти состязания были нацелены на личную победу и личные заслуги.

В СССР в почете были как будто не те ценности, что ставились во главу угла в Америке. У них — семья и личный успех, у нас — родина-мать и коллектив. Но что приносила победа в социалистическом соревновании? В том числе (а может быть, и прежде всего) материальное поощрение. У нас так много и так громко говорили о моральных стимулах, что некоторым не слишком компетентным менеджерам могло показаться (и кажется иногда до сих пор), что материальные стимулы вполне можно заменить моральными. Но это не так.

Однако и в СССР, и на Западе люди трудились и соревновались как ради повышения своего личного благосостояния, так и ради уважения и повышения своего статуса. У нас победителей соревнования называли Героями Труда (ты герой — значит, ты многое совершил и был полезен стране), а в Америке они назывались миллионерами. Нас коробила «американская мечта» — стать миллионером, она казалась банальной и обыденной. Но мне кажется, что это просто трудности перевода: когда человек говорил, что станет миллионером, он заявлял, что добьется многого для себя, для своей семьи, для своей страны. Деньги и почетное звание играли одну и ту же роль, они были эквивалентом успешного труда и славы.

Система мотивации на советских предприятиях и не могла существенно отличаться от американской: в ее основе лежали одни и те же принципы.

Зарплата неизбежно делилась на фиксированную часть и бонус. У нас даже был свой аналог кредитной системы. Молодой специалист приходил на предприятие и — сейчас это кажется невероятным — через два-три года, а иногда и сразу получал квартиру. В отличие от американского рабочего, ему не приходилось покупать жилье в кредит и десятилетиями работать, возвращая долг. Однако потом советский работник точно так же был вынужден работать на предприятии всю жизнь, получая относительно скромную зарплату.

Я не сравниваю отношение к человеческой личности, к свободе, к достоинству — с этим в разных странах с разным историческим прошлым обстоит по-разному. Однако и в США, и в СССР, и в Северной Корее менеджеры, управлявшие людьми, нажимали на одни и те же кнопки: личное благосостояние, уважение, слава, патриотизм и сопричастность.
Миф о советском пути

Это не означает, что между советской и западной системой вовсе не было отличий с точки зрения управления. Одно из этих отличий состояло в том, что советским менеджерам был доступен более ограниченный пул человеческих ресурсов. В их распоряжении были 250 миллионов человек, проживавших на территории Союза. У Штатов, с их продвинутой иммиграционной политикой, был весь остальной мир. Американские руководители попросту имели больше выбора. Впрочем, для стратегических отраслей в СССР и относительно ограниченного ресурсного пула вполне хватало.

Почему же тогда после распада СССР многим казалось, что управленческих компетенций в стране практически не было, что все, к чему прикасались советские менеджеры, распадалось? Отчасти дело в том, что отпали сверхзадачи, которым было подчинено управление в наукоемких отраслях. Задачи эти по большому счету определил еще Берия: создать заряд максимальной разрушительной силы и глобальное средство его доставки. Поэтому и поддержку, в том числе в виде импортированных управленческих и производственных технологий, получали только те отрасли и те предприятия, которые эти задачи выполняли прямо или косвенно.

Все остальные отрасли финансировались и поддерживались по остаточному принципу, то есть почти никак. Вот почему СССР не смог произвести конкурентоспособные продукты в других областях — автомобили, пылесосы, телевизоры, велосипеды, рубашки, пуговицы и так далее. Никому просто не приходило в голову ввозить лучшие мировые технологии производства этих продуктов, вкладывать деньги в их освоение и подготовку специалистов. А поскольку в постсоветский период и публику, и руководство страны больше занимали производство потребительских товаров и сервисные отрасли, возник миф о том, что советские менеджеры в принципе ничего не умели и не могли.

Сейчас, когда границы для капитала открыты, прежде дефицитные технологии хлынули к нам сами. Плотина разрушена. На крупных предприятиях процесс идет, конечно, медленнее, на мелких — если управление эффективно — быстрее. И в конечном счете тот процесс, который начали сталинские министры, продолжается уже сам собой, естественным порядком. Управленческие практики в России пополнятся теми, что выработались в остальном мире за прошедшие десятилетия. Никакой уникальной русской школы управления не будет — ее просто не может быть, так как любые лучшие практики управления глобальны по определению.

Однако миф об особом русском или советском пути не исчезнет.

Без этого мифа наша страна — и речь идет о любой стране — просто не сможет существовать. Можете ли вы сказать нации, что она вовсе не особенная? Способны ли вы сами признать совершенно искренне, что нация, к которой вы принадлежите, ничем не отличается от других, что вы любите родину ничуть не больше, чем словаки или французы, что у вашего народа нет национальной души? И поэтому мы, невзирая на факты, еще долго будем повторять, что у нас свои подходы и свои управленческие модели. И что именно в наших границах можно только так, и никак иначе.

Сергей Недорослев, Slon.ru
Оригинал публикации








Связанные темы и персоны